«Событие, вероятность которого, крайне мала. Исходя из миллионов мерков исследовательской деятельности цивилизации, случай обнаружения разумных был всего лишь один!» – сознания вновь начали впадать в энергетический дисбаланс. Но когда он подкатился к анализатору, уже сумели стабилизироваться.

Тот транслировал невероятную информацию. Если прибор прав, а он прав, то получалось, что звездолёт Вея дрейфует недалеко от звезды класса F – желтого карлика, вокруг которой вращаются несколько планет, на одной из них анализатором обнаружена разумная жизнь.

«Жизнь во вселенной редкость, – пискнуло четвертое сознание Вея, – мне определенно выпадает самая маловероятная и теоретически непредсказуемая линия событий, – решил он».

Ещё раз просмотрел информацию. Да, действительно, анализатор чётко определял наличие биологических форм жизни, но что это за формы жизни – предстояло определить. Вей запрограммировал и направил исследовательский зонд в сторону обнаруженной звёздной системы и с стал ждать результатов исследования. Он ощущал, как это вынужденное ожидание наполняет его силами, появлялась возможность чем-то себя занять, с пользой провести время своего вынужденного бездействия. В нем проснулся исследователь.

Мысли текли легко и ясно. Все системы корабля работали нормально, звездолёт пассивно дрейфовал по пространству галактики, с силовой установкой все осталось по-прежнему – мощности не было. Третье сознание Вея вновь охватили деструктивные мыслеформы. «Стоп! – скомандовало второе сознание. – Так недолго и до дестабилизации всей логической системы. Надо еще раз проверить работу систем, но теперь более внимательно отнестись к периферии».

Вей вывел схему питания силовых установок корабля на экран и стал скрупулёзно изучать весь процесс, который проходил в силовых установках звездолета. Рабочее тело, в качестве которого на звездолёте использовался Белетез, являлось очень энергоёмким минералом. Минерал, перед тем как подавался в камеры силовых установок корабля, разлагался на фракции, эти фракции в определённых пропорциях вводились в рабочую камеру маршевых двигателей – происходил колоссальный по силе направленный взрыв, который толкал корабль в нужную сторону. В короткий промежуток времени происходило до тысячи таких взрывов.

«Вот и вся схема, – думал Вей, – так почему же силовые установки не тянут? Сила взрывов в камере маршевого двигателя стала недостаточной?»

Вей быстро ввёл необходимые параметры и в очередной раз впал в стазис. Согласно полученным данным, получалось, что рабочее тело не взрывалось, а просто горело, давая небольшие всплески энергии.

«Как так может быть, чтобы рабочее тело использовалось полностью, а эффект почти нулевой?»

Такая ситуация вызывала серьёзные опасения. Он тут же отправил в метрополию дополнительную информацию о неожиданном эффекте рабочего минерала Белетез. А сам занялся изучением этого поразительного эффекта, загрузив мобильный научный комплекс имеющимися параметрами.

«Минерал изменил свои свойства! Но почему? Что на него так повлияло?»

Вей поставил задачу аналитическому комплексу по секундам восстановить структуру окружающих звездолёт внешних энергетических космических полей с момента сбоя в маршевых двигателях.

Деструктивные мыслеформы снова одолевали: «Если двигатели не заработают, я останусь здесь на очень долгий срок! Спасательная экспедиция, при самом благоприятном раскладе прибудет не скоро. А если и она здесь застрянет по той же причине…»

В конце концов, самоанализ был посчитан как безрезультатный и он отключил сознания, впав в состояние похожее на сон. Ему вспоминалась родная планета, где он вырос. Центр подготовки, где приходилось проводить много времени, его мегаполис, его группа, его создатель, которого он видел редко, находясь в центре обучения, куда новые особи попадали с рождения, и это считалось великой честью. Вдруг что-то насторожило его главное сознание, что-то он пропустил, что-то очень важное. Вей встрепенулся и задействовал оставшиеся уровни сознания на полную мощность.

Включил модуль анализатора поля, аппарат вошел в рабочий режим. «Почему я не провел подобный анализ раньше?» – подумал Вей. А анализатор показывал целый спектр совершенно новых излучений и полей. Он сопоставил их структуру с влиянием на топливный минерал Белетез. Когда анализатор выдал результат, что энергетические поля галактики, в которой он находился, нейтрализовали взрывные, энергетические качества Белетеза, делая его просто обычным минералом, Вей на долго погрузился в себя просчитывая вероятностные линии дальнейших событий:

«Зачем я нарушил программу полета? – анализировал себя Вей. – Сознания выдали решение о возможном ускорении исследовательской мисси, путем использования нестандартного маршрута следования. Данная ситуация не просчитанный риск. Но, с другой стороны, обнаружено то, зачем я летел. Аномалии! Остается выработать линию мер по минимизации рисков теоретических вероятностей, но для этого надо глубже изучить вновь открытые поля этой галактики». – И он всеми сознаниями погрузился в выполнение поставленной задачи.