Что же не скачет конник?

Я его жду давно.

Господи, хоть пожарник!

Тоже - почти полет,

И - золотой подфарник

На светофор плюет.

...Кем бы ты ни был, всадник,

Верую с малых лет:

Вдруг

влетит

в палисадник

Конь или драндулет.

x x x

Пусти - считаю до пяти!

О, вырваться в листву и хвою...

Я темною жила, плохою,

Незрячей жизнью взаперти.

Еще люблю - уже скачу,

Как белка,

выше,

прочь,

по сучьям

Корявым, по ветвям колючим,

По раскаленному лучу.

УРОК

"Звездами, морем и сушей

Я отрекаюсь (не слушай

И возражай!) от тебя"

Как?

Ты поверил?

Довольно!

Это сильнее, чем больно,

Так заплутаться любя.

...Вот меня и осенило:

Чудо - не "высшая сила".

Мука,

усердие,

стыд.

Сопротивление лепке.

Как из факировой кепки,

Голубь любви не взлетит!

x x x

Сделался ливень льдом или инеем,

И не понять своего же лица.

Встретимся - головы к небу закинем,

Два себялюбца, два гордеца.

Ты мне твердил, что играю в молчанку,

Что, осторожная, с миром на "вы"...

Вот тебе! Вывернулась наизнанку:

Рваные нитки, грубые швы.

Ты откровенности требовал? Ладно.

Ты подноготной хотел? Получай.

Правда темна, хороша, неопрятна,

Точно пустырь, где растет молочай.

Что ж ты отпрянул, Душ Потрошитель?

Больше в смятенную душу не лезь.

Выше взвевайтесь, громче трещите,

Боль и обида, нежность и спесь!

x x x

Ты жизни моей коснулся,

Погладил ее, ушел.

И долго скрипел и гнулся,

Кричал, чтобы ты вернулся,

Ее заскорузлый ствол.

Уехал - грибы в корзине...

О боже, перенесу!

Еще распрямлюсь в гордыне

Навек прокляну отныне

Чужие шаги в лесу.

ПРИЧИТАНИЕ

В небесах ни облака,

Не слыхать ни оклика.

От молчанья вражьего

Умираю заживо.

Жалобнее птичьего,

Боль моя,

покличь его,

Злого, ненавистного,

Чтобы мучал сызнова.

ПУТЬ ОБРАТНО

Незаслуженный и бесконечный,

Длился день перепалки сердечной,

А потом он увидел в окно,

Как с букетом ромашки аптечной

Я ушла, уменьшаясь в пятно.

Я-то думала: душу раскрою,

Подивится нелепому крою

Ведь и сам не на фабрике шит...

Уезжаю дорогой сырою

Почему он вослед не бежит?

...Шел трамвай,

и орала округа,

Что - довольно тоски да испуга.

Сколько можно, опять двадцать пять1

Все живое любило друг друга,

Но никак не умело понять.

– Остановка "Завод-холодильник"!

И...

внезапная дивная весть:

Если грузчика ждет собутыльник,

Если к мяте припал чернобыльник,

То надежда действительно есть!

ПОСВЯЩЕНИЕ ГРУЗИИ

За тридевять земель я слышу горный гром.

Особенно Тебя люблю,

букварь листая.

Какая блажь - писать на языке Твоем,

Где всякое словцо - жуков гудящих стая.

Овалы да крючки чертить, и лампу жечь,

И азбуке грозить - мол, слезы отольются,

Кричу:

– Открой лицо, загадочная речь!

Но буквы "т" и "ч" смеются, не даются.

Язык и должен жить,

дух от зевак тая:

Полазят по верхам и убегут с добычей...

Но я вожу пером.

Писать. Судьба Твоя.

Младенчество Твое. Руки Твоей обычай.

ТБИЛИСИ

О, как тополя длинноноги

Серебряные с золотым...

Давай по канатной дороге

Над городом к небу взлетим!

Терраски, ступени, перила,

Веревки с бельем, облака.

Однажды я в небе парила,

Мне вспомнится издалека.

Счастливее радость иная

Мне выпал удел горемык:

Как будто уже вспоминая,

Разглядывать нынешний миг.