– Шейн?

– Уоллес.

Мне тут же хочется треснуть себя по затылку, потому что после лет, что я не видел ее, «Уоллес» – худшее, что я мог выдать.

Губы Мел поджимаются, она расправляет плечи и полностью берет себя в руки.

О, нет, я же вовсе не хочу конфликтовать с ней! И точно не хочу, чтобы она вставала в оборону.

Все это осталось в прошлом.

Блин, можно отмотать последние две минуты назад?

– Келлер, ты заказывать будешь, или как?
–  недовольно смотрит на меня Ронда из-за прилавка.

– Мне надо идти, - торопится Мел, обходит меня и покидает кофейню.

Я пялюсь ей вслед.

– Следующий!
–  рявкает Ронда, не ожидая, пока я, тормоз, отреагирую.

Твою мать, неужели я только что видел Мелиссу Уоллес?!

Мел была здесь, на этом самом месте! И я повел себя, как придурок. Что, ради всего святого, Уоллес делает в Пейсоне?

И, Господи, почему так охуительно выглядит?

Нет, она всегда была красоткой, но теперь… Я не покривлю против истины, если скажу, что она самая шикарная женщина из всех, кого я встречал.

Разве школьные красавицы не должны с годами тускнеть и увядать? Выглядеть отчаявшимися и потерявшими надежду?

Уоллес о таком даже не слышала, похоже.

Мне надо догнать ее и спросить, что она делает в Пейсоне.

Какого хера я все еще стою здесь?

Я выбегаю из кофейни, но все, что успеваю увидеть, как мимо проезжает Мел в белой джетте. Наши глаза встречаются лишь на мгновение, но этого достаточно, чтобы я понял – она все помнит.

Каждую секунду того безумного года перед выпуском, когда мы любили, ненавидели и предавали.

ШЕЙН (2009)

Стадион ревет и скандирует имя нашей команды.

«Ягуары! Победители! Чемпионы!»

Все одиннадцать игроков футбольной команды старшей школы Пейсона давят дебильные улыбки. Мы в эйфории. Мы – победители. Игра была жесткой и напряженной, но мы это сделали.

Если так пойдет и дальше, к концу игрового сезона кубок штата будет нашим.

Мы с пацанами дурачимся, шуточно толкая друг друга, и ржем от радости и гордости. Девчонки-болельщицы прыгают вокруг, скандируют речевки и кричат, что любят нас.

Сейчас нас любит весь город.

Этот вечер – только начало. Впереди целая ночь разврата и веселья. Разве эта гребаная жизнь может быть лучше?

– Шейн, ты сегодня был в ударе!

Виляя бедрами, ко мне подходит Триша. Она только первый год в черлидерах, но я вижу, как она посматривает на меня, когда мы тренируемся. Она хорошенькая и я бы не отказался покувыркаться с ней.

– Спасибо, сладкая!

Я шлепаю ее по заднице и она смеется. Да, девчонкам нравится это. Она смотрит так, будто хочет еще.

Ну, сегодня ночью я доступен.

– Пойдешь на вечеринку к Райану?
–  спрашиваю я.

Ее глаза загораются надеждой, и она быстро кивает.

– Конечно!

– Тогда увидимся там. Найди меня!

– Обязательно!
–  кричит она мне вслед.

Я иду к Райану, который обжимается со своей девчонкой. Мелисса Уоллес, с которой Рай ходит с прошлой весны. Ее ноги обхватили его за пояс, а его руки у нее на заднице. Они целуются так, что, скорее всего, облизывают гланды друг друга.

Я кривлюсь. Терпеть не могу эту зануду. Даже то, что она черлидер, не перестает делать ее таковой.

Какого-то черта мой лучший друг решил, что ему стоит завести постоянную подружку в выпускном классе?

Кто в своем уме так делает?

Это как прийти туда, где есть шведский стол, и есть один яичный рулет.

– Уоллес, дай парню передохнуть, - насмешливо роняю я.

Мне отлично видна ее задница в коротких шортах, и должен сказать – девчонке повезло.

Услышав мой голос, Уоллес спрыгивает на землю и оборачивается ко мне. Ее щеки розовеют, а я про себя ухмыляюсь: «Да, я видел твою задницу».

– Увидимся на вечеринке.

Рай наклоняется, клюет ее в губы, и мы направляемся в сторону раздевалок.

Боже, ненавижу, каким он стал с этой курицей! Раньше мы все время тусовались вместе, телок клеили на пару, а теперь он почти везде таскает с собой Уоллес.

– Ты чё киснешь, Келлер?
–  Он закидывает руку мне на плечи, улыбаясь, как кретин.

Таким его сделала эта девка. От его восторга меня иногда блевать тянет.

– Да не кисну я, - хмуро кошусь на него.

Рай вздыхает: