Отличительной особенностью этой работы является то, что она посвящена исключительно нижним чинам. В то время, как предыдущие включают в себя и офицерский корпус, и военных чиновников, и медицинских работников и др. Обоснование данного подхода помещено в «Предисловии»: «Составители Книги памяти умышленно отошли от определенного стандарта подобных изданий, когда вначале представлены имена командного, офицерского состава и уже затем все остальные. Однако основную тяжесть войны преодолевали в первую очередь нижние чины. Именно они массово гибли, именно они составляли коренную народную силу, именно с них и необходимо начинать отсчет» [36] . Источниковой базой «Книги памяти нижегородцев…» послужили данные фондов Центрального архива Нижегородской области, Государственного архива Нижегородской области г. Арзамас [37] и нижегородской периодической печати.

Количественный состав персоналий определился следующим образом - в «Книге памяти нижегородцев…» были обработаны все данные - 9659 имен, из «Воронежской Книги памяти…» сделана выборка в 9600 человек. Рассматриваемые численные данные вполне репрезентативны.

Разнохарактерность источников наложила отпечаток на полноту информации о том или ином участнике войны, представленной в этих изданиях. Однако не смотря на это, в целом эти сведения представляют достаточно объективную картину, которую можно представить через несколько разнохарактерных срезов.

Нижние чины рассматриваемых губерний проходили службу практически во всех воинских соединениях русской императорской армии и флота. Исходные данные позволяют детально представить общую, хотя, видимо, далеко не полную картину кем они служили.

Таблица 2. Звания нижних чинов в списках «Книги памяти нижегородцев - нижних чинов российской армии и флота, убитых, умерших, пропавших без вести в годы Первой мировой войны» [38]

21В данную графу включены так же: взводный унтер-офицер, старший фейерверкер, взводный фейерверкер, 1 человек с формулировкой «ст. лит.» - вероятнее всего это старший литаврщик - звание соответствовавшее ст. унтер-офицеру.

22В данную графу включены так же: младший фейерверкер.

Таблица 3. Звания нижних чинов в списках «Воронежской книги памяти»

Основная масса потерь принимавших участие в боевых действиях относится к категории «пропал без вести». Даже суммарная цифра «убитых, умерших от ран и болезней, отравленных газом» и т. д. далеко стоит от этого показателя.

Приводимые ниже таблицы ярко иллюстрируют это.

Таблица 4. Категории потерь в списках «Книги памяти нижегородцев - нижних чинов российской армии и флота, убитых, умерших, пропавших без вести в годы Первой мировой войны»

Таблица 5. Категории потерь нижних чинов в списках «Воронежской книги памяти»

33Пропал без вести в 1914 г., - 1917 г., «год неизвестен», считался пропавшим на 1918–1921 гг., «остался на поле сражения». Сюда так же включены: Вавин Сем. Ив. из Макарьевского уезда, который пропал без вести в период с 9 по 10 декабря 1914 г. (эти данные не пропечатались) и Корсаков Федор Иванов. из Семеновского уезда, судьба которого не установлена.

34Попал в плен в 1914 г. – 1917 г., «год не известен», «считался находившемся в плену» в 1918 г., 1921 г..

35Умер от ран в 1914 г., - 1918 г., «год неизвестен», «от несчастного случая».

36Умер от болезни: чахотки, оспы, столбняка, воспаления легких, дизентерии, бронхита, от паралича сердца, от брюшного тифа, от холеры, перитонита; в госпитале, в госпитале от гангрены, исключен из списков батареи как отправленный на лечение и не вернувшийся.

37Умер в плену в 1915 г.
–  1917 г., «год неизвестен», «от туберкулеза», «от воспаления мозговой оболочки», «в резервном госпитале», «в креп. Госпитале», «в лазарете», «в лагере», «от воспаления слеп. кишки», «от холеры».

Особо следует отметить, что из многотысячного списка, приведенного в Книгах памяти лишь у двоих из Нижегородской указано «отстал» - это Соболев И. И. уроженец Горбатовского уезда и Горичев Н. В. из Нижегородского уезда [39] . Даже если предположить, что они умышленно покинули войска - то их поступок носит явно исключительный характер.

Еще более уникальным представляется случай самоубийства «молодого солдата» 114-го запасного батальона Балова Константина «из крестьян Покровской волости Нижегородского уезда» [40] . В последующие войны данные случаи будут носить уже, в той или иной мере, массовый характер.