Поговорим об истине (сборник)
вернуться

Штельман Олег
Шрифт:

V

Цель у Истины всё та же, как и прежде,В раю Адама сладком поселил,Чтобы он его хранил в надежде,Мудрым сердцем верность сохранил.Несмотря на множество падений,Злобы, клеветы и суеты,Бог добра желает падшим детям,Позволяет называть себя на «ты».Чтобы люди, просветившись светом,Божьей истины, любви и простоты,Подвизались в подвиге с ответом,С отраженьем Божьей красоты.Вот в таком святом союзе с Богом,Обновив гармонию души,Человек обожится просторомНеобъятной Божьей высоты.Чтоб вкушая дара бесконечность,Божью власть сыновнюю познать,Навсегда шагнуть из века в вечность,Глубину бессмертья осязать!

г. Шяуляй 2013 г., Литва

Повар

В одной обители святой,На свете коих есть немало,Трудился повар непростой,В нем кровь восточная витала.Приятен был для всех душой,Готовил славно, пек хлеба,Как он дружил с одной мукой —Никто, наверно, никогда:Блины, пирог и каравай,Кулич пасхальный – все прилично,Что хочешь, право, называй,Без книги стряпал на «отлично».Веселый был, шутить любил,Поговорить без злобной речи,И словно овощи тушил —Он меру знал у жаркой печи.Недавно вдруг оповестили,Что нет его – лежит в земле,И в путь последний проводили,Не сообщили только мне —В отъезде был я далеко.Он мне не родственник, конечно,Но грустно стало все равно —Душа ушла его навечно.Поплелся в храм, поставил свечкуИ панихиду заказал,Присел на лавку у крылечка —Беседы наши вспоминал.Как мы сидели в этом месте,Вели о жизни разговорИ обсуждали мира вести,Злу присуждая приговор.Спросил его: откуда родом?И к Богу как, скажи, пришел?– Родился я и жил с народом,Что с Моисеем перешелЧрез дивное чермное море,Блуждая после сорок лет,Смиряясь перед Богом в горе,Стремясь вселиться в новый свет.Я в Белоруссии родилсяИ перед самою войнойНежданно вдруг осиротился,Покинул сразу дом родной.У тети дальней поселилсяВ селе под Минском небольшом,С её семьею сразу слился,Учиться в школу там пошел.Пришла война, а мне тринадцать,Фашист повсюду и беда.Ребят согнали нас пятнадцатьКопать у леса, как всегда,Копать глубокую траншею,Убитых после засыпать.Ведут кого-то, я бледнею, —Евреев смертушку вкушать.Они в селе соседнем жилиОбщиной целой и раввин.Поставили. Трясутся жилы.Вдруг немец вышел к ним одинИ поманил раввина пальцем,Промолвил: «Го-во-рит им слово!»Всех осмотрел огнем-румянцем,Конфеты дал девчушкам, мальцамИ позади раввина встал.Я про учителя подумал:Что в сердце он своем искал,Что ценное возьмет оттудаИ слово, словно бриллиант,Сверкнет бесценною строкою.Но громом грянул арестант,Блеснул, как молнией, стрелою:«Друзья мои, отцы и братья!Беда пришла к нам неспроста,Из древности идет ненастье,Идет от Божьего перста,Что там когда-то наши предкиРаспяли Божьего Христа.Отсек за это наши веткиОтец от Божьего ствола.И пусть сегодня нашей кровьюКрестимся в Бога и Христа,Прости же нас, прими с любовьюТы наши души в Небеса».Нажал курок стоявший сзади —И резво пуля пронеслась.Раввин упал, лишь кудрей прядиИграли с ветром, не боясь.А взгляд его унесся в дали,В которых вечность отыскал,Как будто там его встречали,И сам Господь пред ним предстал.Свистели пули, плоть вздымая,Взлетая, падали тела,Собою яму заполняя,Я в страхе закрывал глаза.Уж сколько лет прошло оттоле,Но не забыть мне ту войнуИ тех умерших поневоле,Забыть раввина не могу.Его своим считаю крестным,

Конец ознакомительного фрагмента.