Тем не менее мы, поддерживая дружбу, раз в неделю обменивались письмами, а по большим праздникам, например в день рождения королевы, даже посылали друг другу телеграммы. Но с мая 19… года письма его перестали приходить.

Это слегка задело меня, но не более. В конце концов, определенная рассеянность Холмса в быту давно известна. Он мог заболеть, посчитав, что в его жизни ничего не происходит, мог узнать, что летом я сам собирался на отдых куда-нибудь в Уэльс, да и просто забыть.

Однако, когда в начале сентября почтальон вернул мне шестнадцать моих писем нераспечатанными, я проявил некоторое удивление и даже в несвойственной мне манере довольно резко спросил у почтальона: «Что, черт побери, все это значит?»

Но негодяй-ласкар [1] усмехнулся, поправляя на голове форменную кепку, и с преувеличенной индусской вежливостью пояснил, что, видимо, мой друг не хочет получать мои письма, поэтому почта и возвращает их по обратному адресу.

Дав наглецу всего лишь полпенса, хотя обычно я бываю более щедр, мне осталось в горечи вернуться в дом, налить бренди и сесть у камина. Разум отказывался верить, что мой друг Шерлок Холмс возвращает мне же мои письма. Раздражение, нервы, обида и алкоголь сделали свое дело…

Наутро я договорился со знакомым врачом насчет своих пациентов и, собрав саквояж и положив в карман старый армейский револьвер, отправился в Суссекс. Не буду описывать всю скучную дорогу до этого забытого богом уголка Британии, скажу лишь, что после ряда комичных злоключений мне удалось достигнуть деревеньки Фулворт, где я остановился в местной гостинице.

Утром следующего дня я отправился на поиски своего друга. Мне был известен адрес, да и местные жители сразу указали мне на одинокий коттедж на южных склонах холмов вблизи меловых гор с прекрасным видом на воды Ла-Манша.

На первый взгляд ничто не предвещало беды, однако, когда я постучал в двери, мне открыла странная особа в черном платье с чопорным лицом и взглядом как у мертвой рыбы.

– Мистер Шерлок Холмс никого не принимает, – жестко объявила она, даже не удосужившись спросить о цели моего визита.

– Передайте мистеру Холмсу, что к нему пришел его старый друг Джон Ватсон.

– Сэр Джон Ватсон, – жестко проговорила женщина. – Я отлично знаю, кто вы, и только что сообщила вам, что мистер Шерлок Холмс никого не принимает. Ни-ко-го! Какой именно слог в этом слове вам непонятен?

– Что ж, мне все ясно, – скорбно опустив голову, смирился я. – Позвольте задать лишь один вопрос. С кем я имею честь беседовать?

– С миссис Холмс, – обрезала она и захлопнула дверь перед самым моим носом.

Мне ничего не оставалось, кроме как с достоинством удалиться. Однако, бросив прощальный взгляд на этот негостеприимный дом, я вдруг увидел в окне левого крыла бледно-желтое лицо Холмса. Его глаза были полны неизбывной муки.

Он встретился со мной взглядом, но, словно испугавшись чего-то, резко задернул занавеску. Даже полному глупцу было понятно, что мой друг нуждается в моей помощи. С тяжелым сердцем я вернулся в свое временное жилище и…»

– И?.. – заинтересованно протянула я.

– На этом рассказ доктора обрывается, – многозначительно вздохнул кот.

Как всегда, на самом интересном месте. Мы с мужем пожали плечами.

С чего это шеф вдруг решил, что мы должны непременно отправиться в Суссекс, чего так перепугался Ватсон, почему на это задание снаряжают группу «оборотней» – для меня по-прежнему было неясно. Но приказы, как известно, не обсуждаются, а выполняются.

К этому моменту меня уже облачили в светло-бежевое платье сельской учительницы или гувернантки (в последнее время я научилась выбирать наряды быстро), а Алекс оделся бывшим военным индийского контингента нашей вдовствующей королевы.

Каблук его левого сапога специально был сделан выше правого, и теперь мой муж успешно прихрамывал. А стрижка, загар, приклеенные усы и кобура с пистолетом сразу выдавали в нем ветерана колониальных войн на коротком отдыхе между Кандагаром и Бирмой. Агент 013, как вы понимаете, в данном случае в костюме не нуждался.

По пути мы взяли у гоблинов папку с заданием и направились в столовую, чтобы за чашкой кофе обсудить первоначальный план действий. У нас оставалось еще минут десять – пятнадцать, пока лаборанты устанавливали нужные координаты.

– Нам нельзя просто так вламываться к Холмсу. Во-первых, это нарушает британский закон о неприкосновенности частного жилища, который даже сам великий сыщик соблюдает, – важно начал агент 013, по обыкновению нацепив очки.

Которые, кстати (не помню, писала ли я об этом?), как проболтался один из наших врачей-гоблинов, были без диоптрий. У старины Профессора идеальное зрение, и надевал он очки на нос исключительно для понтов, чтобы мы с Алексом думали, что он опытнее, умнее, весомее нас.