– Еще как не сразу! – согласилась Алиса. – Некоторые животные умерли, а озера отравились до самого дна.

– То же самое случилось на Унионе, – сказал доктор. – Но у нас все это кончилось куда хуже. Люди начали болеть. И особенно сильно они болели в тех местах, где плохо обращались с природой. А потом начались страшные эпидемии. И против них нельзя было отыскать лекарств. Люди умирали, их становилось все меньше... – Тут доктор замолчал, потом горько вздохнул и добавил: – Мой папа тоже умер. Он был шахтером, и они рыли глубокую шахту к центру нашей планеты, чтобы вытащить оттуда алмазы и золото. И тут порода сжалась, и всех наших шахтеров завалило. Стали рыть другую шахту – и там случилось то же самое. А в третьей шахте уж никто не захотел работать. Шахтеры стали говорить, что сама планета не хочет, чтобы люди так с ней обращались. И еще шахтеры стали рассказывать, что они слышали под землей странные голоса, будто сами скалы пытались что-то сказать людям.

– Это сказки? – спросила Алиса.

– Это не сказки и даже не галлюцинации, – ответил доктор. – Но мы сначала не сообразили, что же происходит. Мы продолжали жить как прежде, только очень сердились на природу. Построим мы плотину, загубим реку, и тут же начинается страшное наводнение, плотину уносит в море, река выходит из берегов и затопляет город...

– Ой, – сказала Алиса. – Я догадалась! Это живая планета!

– Правильно, – ответил доктор. – Вот видишь, ты догадалась, а мы думали, что это самая обыкновенная планета. И продолжали ее мучить.

– А когда же вы догадались?

– Как-то начали мы взрывать скалы, чтобы проложить дорогу. И вот оказалось, что у всех рабочих, которые там трудились, и у всех людей, которые жили по соседству, после взрывов пропал слух. Все оглохли. А потом был еще случай – начали рубить лес на перевале, и у всех лесорубов заболели колени так, что они из дома выйти не могли.

– Почему же планета раньше вам ничего не сказала? – спросила Алиса.

– Она же не человек, – сказала медсестра, которая стояла у дверей и все слышала. – Она как бы спала... и только когда ей стало очень больно, она проснулась.

– Даже тогда мы не догадались, – сказал доктор. – Ну как догадаешься, что планета защищается... Ведь другие планеты не защищаются.

Алиса подумала, что, наверное, доктор не совсем прав. Планета такая большая и так отличается от людей, что мы можем и не догадаться, что она защищается от нас. А если дождик пошел, неужели это планета плачет? А если ветер подул, неужели это планета вздохнула? А может, все планеты живые? Только не всем приходится воевать с людьми, которые там живут.

– Мы догадались, – сказала медсестра, – когда случился потоп.

– У вас был потоп?

– Особенный потоп. Мы в нем сами виноваты.

Доктор взмахнул руками и запел:

Супертанкер «Тамерлан»

Вез мазут из дальних стран,

Налетел на крейсер «Вольный»,

Раскололся пополам.

Медсестра дождалась, когда доктор допел куплет, и подхватила:

– Все море было залито мазутом. На много миль разлилась тонкая пленка. Под ней задохнулись миллионы рыб. Птицы тоже погибли.

– И вдруг во всем мире наступила зловещая тишина! – сказал доктор. – И в этой тишине посреди океана поднялась волна высотой в двадцатиэтажный дом и помчалась к берегу. Люди успели только увидеть зеленую стену воды, как она обрушилась на порт, на город и на окрестные поселки. Почти никто из жителей города не успел спастись. Какое счастье, что за день до этого моя мама взяла меня в горы к тете Магде! Представляешь, мы вернулись обратно – города нет. Мама сначала подумала, что мы сошли с поезда не на той станции. Но оказалось, что дальше нет ни станций, ни рельсов.

Все замолчали. Алиса тоже молчала и ждала, когда же доктор и медсестра кончат переживать и расскажут, чем закончилась эта ужасная история.

А они обернулись к стене. На стене висел портрет мальчика.

Мальчик был очень рыжий, весь в веснушках, глаза у него были зеленые, как трава. Он улыбался.

– Кто это? – спросила Алиса.

– Это Василий дель Базилио, наш президент, – сказала медсестра.

Тут в коридоре послышались громкие шаги, дверь в кабинет распахнулась, и в кабинет вошел, а вернее, вбежал человек, который, судя по всему, не умел ходить медленно.

На вид ему было лет шестнадцать. А может, чуть больше. И он во всем был похож на мальчика, изображенного на портрете. Он был такой же рыжий, веснушчатый и зеленоглазый.

– Привет! – воскликнул он. – Здравствуй, Алиса.

– Здравствуйте, наш президент, – сказали хором доктор и медсестра.

В окне показались рожицы медвнучат, которые стали кричать:

– Да здравствует наш президент Вася!

Президент протянул Алисе руку и сказал:

– Официально меня называют Василием дель Базилио, но на самом деле я остался в сердце тем же Васей, что и пять лет назад, когда я догадался, как люди могут помириться с планетой. Тебя вылечили?