— Виски, если можно, — ответил Хэйнворт.

— А где у нас виски? — спросила Вайолет.

— Ты у нас хозяйка, тебе лучше знать.

— А я не помню.

Покачав головой и многозначительно посмотрев на Хэйнворта, Бекки подошла к шкафчику и открыла дверцу.

— Принеси бокалы, — велела она Вайолет, — на случай, если ты забыла, где они лежат, поясню: на кухне в боковом шкафу.

Вайолет презрительно фыркнула и вышла за дверь.

Достав запечатанную бутылку, Бекки повернулась к гостю.

— Вай страшно рассеянна. Забывает обо всем на свете. Не знаю, что было бы, если б я за ней не присматривала.

— Наверное, это вполне естественно, — отозвался гость, — при переезде вечно все теряется.

— Напрасно вы думаете, что Вай теряет все только при переезде, — хмыкнула Бекки.

Прошло, должно быть, минут десять и молчание в гостиной начало ее тяготить. Но больше всего ее нервировало то, что подруга до сих пор не явилась с бокалами. Теряя терпение, женщина произнесла:

— Господи, сколько можно нести три несчастных бокала? Подождите немного, мистер Хэйнворт, я сейчас.

Он усмехнулся. Ситуация показалась ему забавной.

Решительно выйдя в коридор, Бекки быстрым шагом прошла в кухню и застыла на пороге. Зрелище, представившееся ее глазам, было так знакомо, что обычно не производило на женщину никакого впечатления. Но сегодня она была настроена иначе.

— Господи, Вай! — воскликнула она, — ты хоть один день можешь ничего не разбивать?

— Я случайно, — как ни в чем не бывало пояснила Вайолет, сметая осколки с пола, — они вдруг взяли и упали.

— Неужели? Странно, сами упасть они никак не могли.

Бекки взяла оставшиеся бокалы в руки и развернулась.

— Приходи, когда закончишь, — съязвила она напоследок, — если только не надумаешь случайно расколотить что-нибудь еще.

— Да ну тебя, — рассердилась Вай, — можно подумать, я хотела их уронить.

Она бросила щетку и последовала за подругой.

— Ты как-то странно себя ведешь, — заметила она по пути, — словно у нас в гостях сама королева Великобритании.

— Если ты всегда так принимаешь гостей, то к тебе скоро вообще никто не будет ходить, — не оборачиваясь, отозвалась Бекки.

— До сих пор еще никто не жаловался.

— Да потому что это совершенно бесполезно, жаловаться на то, что ты вечно все бьешь, теряешь и забываешь. Можно подумать, на тебя это производит впечатление. Раззява, вот ты кто.

— Возможно. Зато такой страшной зануды, как ты я еще не встречала.

Бекки фыркнула и ускорила шаг.

Хэйнворт уже не сидел на стуле, как ожидалось. Он прохаживался по гостиной, рассматривая вещи и обернулся на звук шагов.

— Дом неплохо сохранился, — заметил он вошедшим женщинам.

— Да что вы, — Бекки поставила бокалы на стол и взялась за бутылку виски, — он почти совершенная развалина. Если бы вы услышали сумму, в которую обойдется ремонт, то не говорили бы так.

— Я имею в виду, что после пятидесяти лет, что он простоял без хозяев, его состояние более чем прилично. Не знаю, почему его до сих пор еще никто не купил.

— Я знаю, — сказала Вайолет, — вы ведь говорили, что прежние владельцы уехали отсюда, не прожив и двух месяцев, ведь так?

— Кажется, так, — Хэйнворт немного удивленно посмотрел на нее, — а что в этом особенного?

— Да хотя бы то, что люди не имеют привычки покидать дом, если только что в него въехали. Они ведь выложили за него кругленькую сумму. Так зачем же было уезжать?

— Да перестань ты, — сказала ей Бекки, — ты ведь не хочешь сказать, что эти твои выдумки и явились причиной?

— Это не выдумки, — свела брови Вайолет, — я их видела.

Подруга громко и недоверчиво хмыкнула.

— Я серьезно! — повысила голос Вайолет.

— Но что вы видели, миссис Спейн? — вмешался Хэйнворт, ничего не понимая.

— Дело в том, что ваш сын Майкл оказался прав. В этом доме в самом деле водятся…

— Хватит! — перебила ее Бекки, — никто тут не водится, кроме мышей, пауков и прочей дряни. Все это досужие выдумки глупых старух. Ни к чему принимать эти россказни так близко к сердцу.

— Да как ты не понимаешь, я их видела! Сама, своими собственными глазами! Ты что думаешь, что это галлюцинация?

— Я не знаю, что это, но одно могу сказать точно. На тебя произвел сильное впечатление рассказ Майкла. Вот и все.