Там есть места, где можно спрятаться, что тебя не найдут несколько дней. Если вообще найдут.

Идя по тропинке меж надгробий, я не сводила глаз с мавзолея. Повернувшись спиной к воротам, я полагалась на Ангуса, который предупредит меня, если животное, человек или нечто иное поднимется по дороге или выйдет из леса.

Вооружившись садовыми ножницами и мачете и жаждя отмщения, я напала на заросли возле забора. Кудзу выползло из лесу и удушающей хваткой обвило некоторые памятники. Вытянутые стебли окрутили ветви деревьев и спутались колючками, делая заросли практически непробиваемыми.

Я работала. Между кустами шмыгали белки, а на деревьях щебетали птицы. Несмотря на всё произошедшее, я начала расслабляться. Как и папа, я любила работать руками и не находила более умиротворяющего занятия, чем очистка от зарослей заросших могил и надгробий.

Но стоило мне прорубиться в самую гущу, как меня накрыло чувство клаустрофобии. Растительность была плотной и коварной и чем больше я работала, тем больше запутывалась в зарослях. Лозы обернулись вокруг рук и ног, полдюймовые шипы врезались в джинсы. Как только растительность сомкнулась со всех сторон, тишина сгустилась. Тишина тревожила. Я ничего не слышала в подлеске, и птицы все куда-то улетели. Единственным звуком было моё тяжёлое дыхание и свист мачете.

Тень набежала на солнце, и стоило мне поднять голову, чтобы проследить за полётом одинокого ястреба, как я уловила запах чего-то мёртвого, чего-то гниющего.

Я сказала себе, что это животное забралось в заросли и погибло. Но тут я вспомнила запах, который просочился через открытое окно машины в тот день на холме, когда я проезжала мимо старика в пальто. Он вёз труп животного в тележке, но я вспомнила, как подумала тогда, что этот запах мог исходить от его разлагающейся плоти.

Стоило мне поднести руку к носу, как её обхватила лоза, и шип разорвал рубашку. Я прижала пальцы к царапинам и остановила кровь.

В этих зарослях было нечто странное. Нечто противоестественное. Я попыталась вылезти, но лозы зазмеились вокруг лодыжек. Как только я наклонилась, чтобы освободить их, ещё одна лоза закрутилась вокруг моей шеи, и меня внезапно сбило с ног. Я не успела произнести и звука, как меня потащило в заросли, а колючки разрывали одежду и зарывались в волосы.

Я рванула петлю вокруг шеи, пытались упереться пятками в землю, чтобы замедлить темп. Лихорадочно хваталась за колючки, не обращая внимания на уколы. Дюйм за мучительным дюймом, меня тянуло в самое сердце чащи...

Залаял Ангус. Звук, казалось, раздавался с очень далёкого расстояния. Мы были так глубоко в зарослях, что сейчас я не видела ничего, кроме теней. Ничего, кроме тьмы. Запах гниющей плоти становился всё сильнее. Я услышала хриплое дыхание, и перед глазами встал образ, как нечто не совсем человеческое тянет меня через кусты...

О, Боже, помоги... пожалуйста, кто-нибудь, спасите....

Руки сомкнулись вокруг лодыжек. Меня отчаянно потащили в обратную сторону. Кто-то тянул меня к краю зарослей, и на мгновение я оказалась в центре ужасного перетягивания каната. Удавка вокруг шеи исчезла, и я услышала нечто похожее на визг. Потом тишина. Я секунду лежала неподвижно, а затем начала вырываться на свободу.

— Не сопротивляйся! Ты разорвёшь кожу в клочья.

Тилли?

Она была рядом со мной, поднимая мою голову.

— Идти можешь?

— Кажется...

— Тогда вставай. Живо!

И затем я почувствовала его, этот ужасный ветер. Промозглый холод просочился в мои кости, в мою душу...

— Оно идёт, — прошептала она.

Она протянула мне мачете, и мы вместе начали вырубать путь из кустарника. Ангус бегал взад и вперёд по краю чащи, и я никогда ещё не слышала, чтобы его лай звучал настолько яростно.

— Ангус, беги! — закричала я, и, взяв Тилли за руку, мы бросились вслед за ним, а опавшие листья кружились у наших ног.

Выуживая пульт из кармана, я сняла сигнализацию с внедорожника, и мы все запрыгнули в машину. Как только я повернула ключ зажигания, на капот приземлилась ворона, а затем ещё одна. Небо вдруг стало чёрным от птиц.

— Что происходит? — испуганно спросила я.

— Не обращай внимания. Просто жми по газам!

Я завела двигатель, вжала акселератор в пол, и автомобиль рванул вперёд. Вороны заполонили кладбище, устроившись на надгробиях и памятниках, кружась вокруг пугающего круга эшеровских ангелов.

Мы летели вниз по склону. Тилли заняла сидение подле меня, а Ангус устроился сзади, просунув морду между нами. Я свернула на главное шоссе, не сбавляя скорости, когда Тилли сказала:

— Полегче, девочка, а то угробишь нас всех!

Я сбавила скорость и бросила на неё полный ужаса взгляд.

— Что это было?

Руки в перчатках всё ещё лежали у нее на коленях.

— Я не знаю.

— Но вы должны были что-то видеть.

— Ты была покрыта зарослями с ног до головы. Вот что я увидела.