В1894 г. начался процесс по делу «германского шпиона» Дрейфуса. По сфабрикованному обвинению он был приговорен к пожизненной каторге, но в 1899 году помилован, поскольку в противном случае представители США отказывались ехать на Всемирную парижскую выставку 1900 года. Нужно было выбирать между прибылью и принципиальностью. В 1906 году Дрейфус был реабилитирован. Возникшие на этой волне «Протоколы», как установлено сегодня, были состряпаны выходцами из России. Непосредственно приложил к ним руку Петр Иванович Рачковский (1853-1911) гг. В Санкт-Петербурге его считали корифеем фальсификаций и блестящим мастером идеологической пропаганды. В 1882 году Рачковский возглавил парижское бюро 3-го Охранного отделения. В те годы во французской столице жила большая колония русских революционеров – эмигрантов «минус первой волны». Рачковский внимательно следил за их деятельностью. Ему помогали его обширные связи. В частности, он был хорошо знаком с начальником парижской полиции и при случае посещал салон его супруги Жюльетт Адам.

В конце Девятнадцатого века на территории Великой Российской Империи жило около 5000000 евреев. Большинство из них вынужденно было ютиться «за чертой оседлости» - в нищих городках и местечках Украины и Белоруссии. Некоторые из евреев богатели, становясь менялами или купцами. Это вызывало обиду и зависть. «Кто намножил нищих»? Евреи? Конечно, не только они и не в первую очередь они. И все-таки именно евреи – «не наихудшие люди в России» - стали объектом спровоцированной сверху травли. Этих иноверцев, непопулярных к тому же и в других странах, легко было обвинять во всех бедах. Уже 1881-1882 г. на юге России вспыхивают первые погромы.

Историки предполагают, что в высоких правительственных сферах было решено поручить искусству господина Рачковского инспирировать антиеврейскую кампанию. Несомненных выгод от этого могло быть несколько. Вот мотивы, которыми могли руководствоваться люди, приступавшие к фабрикации «Протоколов».

В Российской Империи нарастает революционное движение. Нужно дискредитировать его. Почему бы не представить молодых людей, шедших в революцию, пособниками «Международного еврейства»? Это вызывает к ним всеобщую неприязнь.

Евреев, особенно состоятельных, надо принудить к эмиграции из России. Это даст преимущество их русским конкурентам.

Нужно поправить международный престиж России. Погромы –пережиток Средневековья – могут быть оправданы лишь тем, что евреи готовили заговор против правительства и даже – «против всех в мире правительств».

Наконец, была удобна и международная ситуация. Францию расколола борьба сторонников и противников Дрейфуса.

В то же самое время, в августе 1897 г, в Базеле состоялся 1-й Сионский Конгресс. В этом кагале евреев, собравшихся со всего света, легко было увидеть прообраз «тайной сходки колен Израилевых» …

6 июня 1891г. П. И. Рачковский сообщил с Петербург, что погромы в России вызывают неодобрительные отклики во французской печати.

Поэтому заведующий заграничной агентурой Департамента полиции в Париже, предложил развернуть искусную кампанию клеветы и дискредитации, пресечь в зародыше всякую симпатию к евреям и обелить любые меры, принимаемые против них.

Власти долго колебались. Работа началась лишь в 1894г. Основными источниками стали «Диалог» … Мориса Жоли и глава о сходке на пражском кладбище из романа «Биарриц» - Хермана Гедше (О «Диалоге» … Жоли Рачковский, вероятно, узнал в салоне мадам Адам.)

Стиль изложения и некоторые идеи показались весьма занятными, тем более, что и составлен был первый вариант «Протоколов» … на французском языке. Русская аристократка Екатерина Радзивилл, (одна из первых читательниц «Протоколов»), признавалась много лет спустя, что сразу заметила, как странно и неестественно звучит французский язык, на котором они якобы написаны. В 1897г. текст был готов. «Протоколы» перевели на русский язык.

Наступал решающий момент. Как преподнести их публике, чтобы она не распознала подделку? Малейший промах, и произойдет крупный скандал!

Существует версия пути рукописи от фабрикантов к читателю. (Лично мне она представляется такой же фикцией, как и сами «Протоколы») Согласно этой версии, первым звеном цепочки появления «Протоколов» … в России, стала дочь русского посланника в Лиссабоне, фрейлина императрицы и горячая поклонница Блаватской - Юлиана Дмитриевна Глинка (1844-1918), Она вспоминала много лет спустя, что однажды, при весьма необычных обстоятельствах завладела «некоей странной рукописью». Из ее рассказа следовало, что однажды ей довелось нанести визит одному знакомому еврею. Был уже поздний час и еврей предложил высокой гостье провести ночь под его кровом. Дама хотела уже отказаться, но внезапно ей бросилась в глаза рукопись, написанная по-французски. Поняв, что имеет дело с чем-то в «наивысшей степени секретным», госпожа Глинка осталась ночевать, «но не спала и секунды», проведя ночь с пером чернилами и бумагой, переводя «секретную рукопись» на русский язык. Лишь под утро сия трудолюбивая дама покинула дом еврея, унося тайком переведенную рукопись «Протоколов» …

Вернувшись в Россию, госпожа Глинка поделилась своей добычей с жившим поблизости отставным майором Алексеем Николаевичем Сухотиным.

Она уверяла, что «рукопись добыта из тайных хранилищ главной сионской канцелярии». Сухотин немедленно вручил ее своему соседу по имению – правительственному чиновнику Филиппу Петровичу Степанову.

Не подозревавший подвоха Степанов и стал первым распространителем этой рукописи. Он озаглавил ее «Порабощение мира евреями» и отпечатал 100 экземпляров на гектографе. Чтения этих листков были удостоены видные сановники, министры и даже члены дома Романовых – Великий Князь Сергей Александрович, дядя императора, и его супруга Елизавета Федоровна, сестра императрицы. Многие из читавших рукопись сочли за благо держаться подальше от скандального памфлета. Однако Великий Князь Сергей Александрович и его супруга были убеждены в подлинности приведенных «откровений».