И тут отцовская поговорка дала сбой. Чтобы работать адвокатом, нужно было и здесь пройти как минимум трехгодичный курс, а потом сдать экзамен. Я же сдал этот экзамен за пять месяцев и стал одним из самых уважаемых адвокатов в Лондоне. Когда я приехал в Париж к жене, которую не видел шесть лет, она бросилась ко мне на шею, исповедовалась во всех своих грехах и изменах и обещала больше так никогда не поступать.

Жизнь налаживалась… Пусть газеты янки писали, что жена изменяла мне потому, что я – импотент, а кое-кто даже намекал, что я – содомит. Но мне было все равно. Я был счастлив во всем, кроме одного. Моя первая любовь – Дикси – лежала изнасилованная проклятыми янки, и я уже не надеялся когда-либо увидеть ее свободной.

В сентябре этого года я снова поехал к жене в Париж, а в начале октября, незадолго до отъезда, ко мне на улице подошел незнакомый молодой человек.

– Мистер Бенджамин, – вежливо сказал он, – у меня к вам рекомендательное письмо.

Этот молодой человек не был южанином, а его английский был с явным иностранным акцентом, причем не испанским, фрацузским или немецким. Я взял из его рук конверт, вскрыл его и увидел знакомый почерк президента Дэвиса.

– Мистер Бенджамин, меня зовут Александр, – представился незнакомец, когда я дочитал письмо и кивнул ему в знак согласия. – Не хотели бы вы выпить кофе? В «Кафе де ля Пэ» есть приватные кабинеты, где нам никто не помешает.

Я был в недоумении: президент Дэвис никогда бы не прислал ко мне просителя. Тем более, откуда он узнал, что я буду в это время в Париже? Так что что-то здесь было не так…

Через десять минут мы сидели в кафе и перед нами стояли чашки с кофе. Александр неожиданно произнес:

– Мистер Бенджамин, президент Дэвис просил вам передать, что правительство Конфедерации возобновляет работу с середины ноября, и что ваше присутствие там будет обязательным.

Я ошеломленно смотрел на собеседника.

– Да-да, правительство Конфедерации возобновляет свою работу, – повторил тот. – А вы, как-никак, государственный секретарь…

– Мистер Александр… – хрипло произнес я.

– Просто Александр, – поправил меня он.

– Александр, – сказал я, – Конфедерация, увы, мертва, янки контролируют весь Юг.

– Мистер Бенджамин… – назидательно сказал тот, – позвольте вам кое-что объяснить.

– Зовите меня просто Джуда, – тихо произнес я. На мгновение мне показалось, что передо мной не живой человек, а воплощенный ангел Господень, настолько странными и чужеродными выглядели его мимика и телодвижения.

– Так вот, Джуда, – сказал Александр, – Конфедерация обязательно возродится, и в скором времени начнется освобождение ее территории от власти янки. Правительство уже собралось в полном составе, не хватает только вас. А то, где именно расположено правительство Конфедерации в изгнании, вы узнаете чуть позже. Если мы, конечно, договоримся.

– Но Конфедерацию никто не признает, – уныло сказал я, – если уж ее никто не признал тогда. И она снова будет обречена…

– Джуда, – усмехнулся мой собеседник, – Конфедерацию уже признали. Это сделало государство, которое я имею честь представлять. И мы готовы помочь святому делу освобождения Юга от тирании янки всем, чем можно: деньгами, причем немалыми, новейшим оружием и первоклассными военными специалистами. Один умный человек сказал в похожем случае: «Наше дело правое, враг будет разбит, и победа будет за нами».

– Но кто вы? – недоумевая, произнес я.

Александр снова усмехнулся:

– Это вы узнаете, как только согласитесь на предложение вашего президента. Вашего, заметьте, не моего.

«Значит, вы югоросс, милейший Александр…» – подумал я про себя.

Я был в Портсмуте по делам одного из своих клиентов в ту самую ночь, когда югороссы непонятным образом уничтожили весь базировашийся там британский флот и сильно разрушили сам порт. Обстрел и взрывы меня не испугали. Больше всего меня поразила та легкость, с которой они уничтожили главную базу военно-морских сил Объединенного королевства. Да, если это государство со всем его могуществом станет нашим союзником, то у нас появится реальный шанс.

Я поднял голову и сказал:

– Александр, я согласен. Только один вопрос, раз уж я согласился. Вы ведь югоросс?

– Ну, вот и хорошо, – кивнул тот. – Да, вы угадали, я действительно югоросс. Ну, а пока вам предстоит вместо Лондона добраться до острова Флореш, что в Западных Азорах. В начале ноября вас оттуда заберут.

– А у меня будет время вернуться в Лондон и привести в порядок все мои дела? – растерянно спросил я. – У меня ведь клиенты…

– Лучше этого не делать, чтобы никто ни о чем не догадался, – ответил Александр. – У вас есть партнеры? Напишите им, что вам придется срочно отправиться на лечение, и что вы просите, чтобы они взяли клиентов на себя на время вашего отсутствия. А жене и дочери не говорите ничего. Пусть они думают, что вы вернетесь в Лондон. Так будет безопасней и для них, и для вас.