– Хрен с тобой, золотая рыбка, – злясь на саму себя, пробурчала я, протягивая трубку рабочего телефона. – Заказывай, да побольше. Есть хочу, аж переночевать негде.

– При чем тут переночевать? – уставилась Аня на меня, прижимая трубку телефона плечом к уху. – Алло, добрый день! Я хотела бы оформить заказ. Да-да, на имя Анна. Да, если можно, как обычно, но в тройном количестве… Секундочку, – подруга вновь уставилась на меня и прошептала. – Ты будешь есть палочками или приборами?

– Что есть? – не поняла я.

Аня осмотрела меня и тихонько фыркнула, выражая свое неодобрение.

– Я с тобой потом поговорю, – грозно прошептала она, после чего вернулась к разговору. – Палочки. Да-да, на три персоны! Спасибо большое! Ждем.

Грохнув трубку телефона на док-станцию, подруга вновь внимательно осмотрела меня.

– Только не говори мне, что до этого никогда не употребляла японскую кухню. Я прекрасно помню, как заказывала нам роллы, когда мы были у тебя. Хорошо, что в ресторан не пошли, как я планировала изначально! – фыркнула девушка. – Я бы сгорела со стыда, если бы ты также ковыряла вилкой ни в чем не повинные роллы.

Я почувствовала, что краснею. Вы, наверное, сейчас подумаете, что я малообразованная деревенщина, раз не могу нормально воспользоваться палочками для еды, но это не так. Я деревенщина, но вполне себе образованная.

На самом деле, родилась я в городе, причем немаленьком, просто вышло так, что меня с самого детства мало заботили различные развлечения. Я предпочитала проводить время с интересной книгой, о чем я вам уже говорила. А уж кухням народов мира предпочитала мамин домашний борщ. Вот так и вышло, что, дожив до двадцати пяти лет, я так и не научилась владеть палочками для еды, да и вообще недоумевала, зачем восточные народы себе так усложняют жизнь. Вот есть вилка – ей удобно накалывать еду, нож – им удобно резать, ложка – ей черпать. А палочки? Ими же заколоть кого-то можно ненароком!

– Не бойся нож, а бойся вилки, – усмехнулась Аня и я поняла, что последнюю фразу сказала вслух.

– Знаю, – хмуро кивнула я. – Один удар, четыре дырки.

– Умница! Все ты знаешь, – похвалила меня подруга, похлопав по плечу. – Так, ладно, я пойду будить брата, а ты жди заказ. Его сюда должны доставить.

Спрыгнув с моего стола, на котором Анька до этого сидела, девушка, весело напевая себе что-то под нос, унеслась в кабинет Артема, оставив меня наедине с ворохом мыслей. Настроение подруги заметно улучшилось. День начинал потихоньку возвращаться в привычное русло.

Если вы когда-нибудь пытались накормить в зюзю пьяного человека – вы поймете частично комичность ситуации, в которой оказалась я. Если же вам, как и мне, посчастливилось кормить этого же самого человека роллами, да еще и при помощи китайских палочек, с которыми в принципе не умеете управляться – поздравляю, вам известна целая картина.

Заказ доставили в офис на удивление быстро. А дальше началось нечто, причем в нескольких действиях…

Начну с того, что мне безумно неловко было держать Артема, пока Анька пыталась впихнуть в него туго скрученные роллы. Он, несмотря на то, что поспал несколько часов, все также находился в полнейшем неадеквате, что бесило ужасно. Словно маленький мальчик, шеф крутил головой, крепко сжимал зубы, уверял, что против него все сговорились, кусался и плевался. Я с удивлением смотрела на него, понимая, что моя жизнь уже не будет прежней. Давилась от смеха, глядя на рассерженную подругу, извергающую около десяти крепких матов в несколько секунд, и чувствовала себя главной героиней в каком-то тупейшем фильме, где основная задача состава – выглядеть полнейшими дебилами.

В конце концов Анины нервы не выдержали и всучив мне в руки палочки, она залезла на руки брату, чтобы тот меньше брыкался. Однако это не дало никакого результата, так как Артем упорно продолжал сжимать челюсти, не давая возможности впихнуть в него пищу.

После минут двадцати непрерывных военных действий, подруга сдалась. Скатившись на диванчик, она рассержено сдула упавшую на лоб прядь и от души стукнула кулаком по плечу Артема.

– Дегенерат, – выдохнула она, вновь сдувая прядь волос. – Ты же долго еще не придешь в себя, придурок!

– Дурдом, – закатила глаза я, чувствуя усталость.

– Это сколько нужно было вылакать, чтобы напиться до полного отключения рефлексов? – зло рассмеялась Аня. – Всю ночь, небось, бухал, козел!

– Возможно, не только ночь, но и утро, – сказала я, заметив пустую бутылку из-под дорогого коньяка, которая валялась за диваном. – Смотри. Не стоило его оставлять одного.

– Урод, – заорала подруга, выуживая тару. – Совсем с катушек съехал!

Я смотрела на невменяемого босса, отчего-то жалея этого мужчину. Что скрывать, я прекрасно понимала, как порой ему тяжело. Управление немаленькой компанией, постоянный тотальный контроль над сестренкой, норовившей сорваться с поводка, еженедельные семейные ужины, на которых всегда поднималось только два вопроса: про дела фирмы и про женитьбу. Я понимала, насколько сильным было моральное выгорание у Артема. Но ничем помочь не могла. Или не хотела. Или не считала нужным. На самом деле, просто боялась, что ему не нужна моя помощь.

– Ань, есть идейка, – тихо проговорила я, наклоняясь к подруге. – Сейчас мы его быстро накормим.

Кратко описав суть подруге, я в глазах прочитала немое согласие и набрав полную грудь воздуха, приступила ко второму акту этой пьесы.

Усевшись сверху на мужчину, тем самым придавив его руки к дивану коленями, я зажимала ему нос. Как только он вынужденно раскрывал рот, чтобы вдохнуть, Анька ловко пропихивала ему очередную порцию еды. После этого я зажимала ему рот, мешая выплюнуть пищу и уговаривала прожевать.