Поначалу властям удавалось скрывать главную проблему: не все справлялись с магией. Те, в чьих венах жил жидкий огонь, постепенно сходили с ума и превращались в огненных монстров. Они уничтожали людей и разрушали мир. Их убивали, но они возрождались из пепла. Магия не давала им уйти. Так появились фоксы – живое дикое пламя.

Постепенно иллитам удалось отгородить участки мира от фоксов. Вокруг шести разрушенных клочков земли выросли высокие стены, где заново отстроили города, но фоксы продолжали рождаться. Кто-то, почувствовав силу, сам уходил за стену. Кого-то выставляли за ворота без возможности вернуться обратно. Так продолжалось десятками лет, пока иллиты не решили найти способ уничтожить фоксов.

Они вылавливали их по одному. Удерживали в клетках из жаропрочного металла и ставили опыты до тех пор, пока не научились выпивать их силу, увеличивая собственную магию и продлевая себе жизнь. Они спасали тысячи, убивая десятки, но со временем оказалось, что там, за стеной, люди смогли совладать со своей магией – так родились фениксы, и появилась вторая стена.

В промежуток между тем и этим миром отправляли всех, в ком рождалась магия огня. Одних возвращали обратно, других выпивали, но магия для иллитов стала наркотиком. Несмотря на прямой запрет и закон, фениксов похищали и расправлялись точно так же, как с фоксами. Преступников судили по законам иллитов, но что такое денежный штраф по сравнению с отнятой жизнью. Так происходит и до сих пор – я это знаю, потому что моя мама была фениксом, а я…

Я – порождение магии. Я – лакомый кусочек на их обеденном столе. Я – неучтенный феникс, которому не страшна человеческая смерть. Я – дочь нарушившего закон иллита.

Поднявшись, встала посреди свободного островка. В кабинете можно было включить музыку, но мужчина не спешил нажимать кнопку на стене.

Первые движения вышли слишком правильными, слишком осторожными. Смотрела только на него, изображая улыбку, – так положено развлекать гостей, даже если в этот момент ты танцуешь по битому стеклу. Но, честно, лучше бы и действительно танцевала на осколках, чем перед тем, кто может убить меня в любой момент.

Страх постепенно отступал. Он верил в то, что может управлять мной – это успокаивало. Почувствовать мою магию невозможно, пока я не пользуюсь ей, а значит, у меня все еще есть шанс выбраться из этой передряги целой и невредимой.

Отрешившись от тягостных дум, прикрыла веки. Его нет здесь. Я танцую только для себя. Звонкие монеты приходят в единый ритм. Они создают свою музыку – мелодию моего тела, моей души. Плавные движения переходят в быстрые, отрывистые, достигая кульминации танца. Я уже готова к тому, чтобы открыться. Я уже готова подарить единственному зрителю частичку себя.

– Хватит, – останавливает жестко – так, что голос его эхом отражается от стен.

Открыв глаза, замерла в последнем движении, но монеты продолжали бренчать. Энергия во мне билась, не находя выхода. Воздуха не хватало – не могла надышаться. Страха больше не было. Только безудержное желание закончить свой танец. В душе рождалась злость…

– Раздевайся, – прозвучал очередной приказ, а я вдруг поняла, что отсюда выберется только один из нас.

[1] Каравараза – призрак умершего феникса. Пакостит в своих местах обитания. Привязан к месту смерти.

[2] Иллиты – могущественные маги, призванные защищать людей от диких фениксов. Зависимы от своего могущества, а потому увеличивают его, питаясь магией фениксов.

[3] Скурейт – летающий аппарат, работающий исключительно в зоне магнитного поля.

[4] Чиаша – обращение к человеческой женщине.

Стояла, смотрела на него и не знала, что делать. Казалось, что после его приказа прошло не меньше получаса, но на самом деле только несколько секунд. Секунд, которые растянулись на целую вечность.

Нет выбора. Точнее, выбор есть всегда, но что с одной, что с другой стороны я останусь в огромном таком минусе. Или чужое удовольствие, или смерть. И как я снова могла вляпаться во все это?

На лбу выступила испарина. А если дойти до стола и нажать на кнопку вызова охраны? Успею или нет, прежде чем он поймет, что я неподвластна его магии?

Вот каравараза!

Сделав глубокий вдох, медленно прикоснулась пальцами к замочку лифа. Тянуть время и думать – вещи для меня противоположные, но вариантов нет. Нужно срочно как-то выкручиваться.

Звук открывающегося замка заставил меня буквально подпрыгнуть на месте. В дверном проеме появилась недовольная Кристи, за чьей спиной маячил секьюрити. Наверное, впервые за год работы в этом заведении я готова была ее расцеловать!

– Прошу прощения, но ваше время закончилось, – с дежурной улыбкой проговорила начальница, шире открывая дверь.

Уже собиралась на всех парах стартовать с высотки вниз, но ледяной голос посетителя прошелся по коже колкими мурашками:

– Так продлите его. В чем проблема?