– Какой шанс пропадает.
– тихо произнёс я.
– Правда шансов сдохнуть ещё больше.

– Ты же пообещал.
– так же тихо, сказал Кривой.

– Обещал и сдержу слово.
– ответил ему я.
– Тем более, убив полковника, мы не решим вопрос. Даже если, после его смерти, группировка развалится, мы наживём себе кровников, в лице бойцов Арслана, а это, как я думаю, ещё хуже.

Тем временем, Арслан уже поговорил с полковником, и они продолжили идти в нашу сторону. Первым к нам поднялся Мурад.

– Арслан и военный, поговорить с тобой хотят.
– обратился он ко мне.
– Если ты согласэн, пошли в кабинэт. Оружие можэшь с собой оставить.

– Юрка со мной пойдёт.
– ответил ему я.

– Хорошо.
– согласился Мурад и жестом пригласил нас в сторону двери в кабинет Арслана.

– А я?
– растерянно спросил Баламут.
– Мне куда?

– В ту двэрь иди.
– указал ему Мурад на дверь справа от той, в которую вошли мы.
– Это моя комната, подожди там.

Довольно просторный кабинет, общей площадью метров двадцать. Справа и слева, вдоль стен, стоят по два дивана, застеленные серо-зелёными покрывалами. Напротив входа, у окна, начинающегося от самого пола, лицом к нам - массивный, деревянный стол, на котором аккуратной стопкой лежат пожелтевшие листы бумаги, а рядом, в гранёном стакане - несколько карандашей - вот и всё убранство комнаты.

– Садитэсь.
– Мурад указал нам на ближний диван, расположенный по правой стороне от входа.

Спустя несколько минут вошёл Арслан и три его бойца. Следом полковник и четыре человека сопровождения: два майора, капитан и человек в казачьей форме, с непонятными мне погонами. Их форменная одежда была чистой, выглядела выглаженной и аккуратной, но имела довольно сильный вылинявший вид.

Полковник. Крепкого телосложения мужик, с небольшим пузом. На вид лет пятидесяти. Короткие седые волосы - вот в прочем и всё - абсолютно обычный человек, с обычной внешностью, если не считать довольно наглой ухмылки на лице, которое, кстати, было гладко выбрито, как в прочем и у его подчиненных, за исключением, разве что казака. У всех, на поясах, висят казачьи шашки и штык ножи.

Арслан занял место за столом, его люди на диване слева от него, а полковник, со своими офицерами, заняли оба дивана, напротив нас. Закрыв дверь за последним, вошедшим в комнату человеком, Мурад встал спиной к единственному выходу их кабинета и кивнул Арслану.

– Встреча незапланированная.
– начал хозяин рынка.
– Поэтому ещё раз прошу всех соблюдать приличия: не оскорбляем, не хамим, не деремся. Я в ваши дела не лезу, но раз уж так получилось, что мы встретились, то давайте поговорим по-человечески.

– Разве не всё было сказано?
– спросил Кривой.
– Мы вообще-то к тебе пришли.

– Дослушай, Юрий, то, что вы сказали или не сказали друг другу - меня совершенно не касается, - во многом слукавив, продолжил Арслан.
– Меня попросили выступить гарантом мирного разговора, между нашими "центровыми" партнёрами и вами.

– Повторю слова своего друга, - обратился я ко всем.
– Разве не всё было сказано? Или у ваших "центровых" партнёров есть дополнения? Если так, то разочарую их - никакие дополнения не принимаются или, они, хотят услышать согласие на ультиматум лично от меня?

Всё это время, пока мы изображали вежливость, по отношению, к сидящим напротив, "центровым", полковник ехидно улыбался. Он покашливал, стараясь, чтобы мы заметили ухмылки на его мерзкой морде.

– Арслан, брат, - начал говорить полковник, стараясь показать нам, насколько дружеские у него отношения с Арсланом. – Давай я попробую объяснить, этим нетерпеливым людям, зачем я пригласил их сюда...

– Мы сюда сами пришли.
– перебил его я.

– Не перебивай.
– пренебрежительно ответил тот.

Мурад зло взглянул на полковника и тут же переключил внимание на меня, стараясь понять - не собираюсь ли я нарушить своё слово. Но внешне я был спокоен, хотя это спокойствие давалось мне с большим трудом.

– Так вот.
– продолжил полковник.
– У меня к вам предложение. Выполните моё задание, и я отменю шесть последних платежей. Говорить дальше?

– Говори.
– ответил ему Юрка, понимая, что я промолчу или отвечу какой-нибудь колкостью.

– Когда меня, с моими бойцами отправили навести порядок в этом городе, я бросил всё и отправился выполнять приказ. Но были и те, кто предал нашу родину и дезертировал. Так вот, как только начались перебои с работой техники и поставок провианта, группа дезертиров, которым было поручено оберегать покой и сон жителей соседнего Агинска, покинула город, на пока ещё работающей технике, и направилась на юг. Но уехали они не далеко. Напротив деревни Сосновка техника окончательно отказала, и они приняли решение осесть в ближайшем удобном для них месте - деревня Дубник.

– Почему не Сосновка?
– снова перебил его я.
– Пятьсот метров от трассы. Вещи из машин тащить недалеко и путешественников грабить можно, а до Дубника километров пятнадцать.

– Сам у них спросишь, если согласишься.
– мгновенно, совсем не задумываясь над ответом, выдал мне полковник.
– А если хочешь, чтобы я ответил, то будь добр, дождись, пока я закончу. Хорошо?

Я очень медленно кивнул головой, позволяя ему продолжить, хотя моих позволений ему совершенно не требовалось.