— Не двигайся! Вдруг что-то с позвоночником.

— Нор-нормально все, — заикаясь заговорила девушка.

На вид ей было лет шестнадцать-семнадцать. Скорее всего, еще школьница. Спортивные бриджи, майка, рубашка сверху, рюкзак за спиной, темно-русые волосы в косе, простое, но приятное лицо, не тронутое косметикой.

Геллер быстренько представил иск от ее родителей, суд, разбирательство, как минимум, лишение прав. Он за мгновение просчитал и линию защиты. Девчонка была в слепой зоне, неслась на самокате по парковке — сама виновата. Но это не отменяло невнимательности водителя: Саша был в своих мыслях. Возможно, будь он собраннее, то заметил бы ее.

В любом случае Геллер не собирался бегать от ответственности, даже увидев, что девочка встает сама, отряхивает рукав рубашки, ворча:

— Вот, блин, чистая же была. Только вчера постирала.

— Поехали в травмпункт. Тебе нужно к врачу, — скомандовал Геллер.

— Мне на работу нужно, — огрызнулась она, сверкнув злыми глазами. Видимо, пришла в себя.

Но тут же ойкнула и потерла попу, на которую приземлилась после удара.

— Больно? — тут же среагировал Саша.

— Не страшно, — махнула рукой потерпевшая.

Она, и правда, не выглядела покалеченной. Удар был пустяковый, а реплика о работе навела на мысль, что ей уже есть восемнадцать. Не ребенок — уже проще и не так тревожно.

— Самокат цел — и на том спасибо, — заворчала девушка, поднимая своего двухколесного коня.

Она опять потерла зад, сняла испачканную рубашку, сунула в рюкзак и всем своим видом дала понять, что готова продолжить путь.

— Давай хоть подвезу, — поспешил предложить Саша.

— С тобой только до морга ездить, — скривила девчонка лицо в гримасе пренебрежения и зло добавила: — Кретин.

— Сама виновата, — автоматически начал обороняться Геллер. — Несешься по парковке — есть же тротуары.

Она открыла рот, чтобы возразить, но передумала, лишь снова поморщилась, а потом накинула на плечи лямки рюкзака, взяла самокат и покатила его к тротуару.

Геллер так и застыл, не зная, что делать. С одной стороны, было очень обидно, что его предложение помощи отвергли. Но при этом он понимал, что юная особа не из тех, кто будет скандалить или обращаться в полицию. С другой, Сашу задело звание кретина и пренебрежение к его заботе. Поэтому он мстительно крикнул вдогонку:

— И вообще у машины есть слепая зона. Я тебя не видел.

Девушка даже не обернулась, лишь подняла руку, показывая ему средний палец.

— Коза, — злобно буркнул себе под нос Геллер.

Он вытаращился, провожая ее глазами, пытаясь придумать что-то в ответ, но не смог. Мысли спутались, едва он заметил, что у его потерпевшей потрясающая задница.

Мужские привычки обострились из-за регулярного посещения тренажерного зала, ведь там обитало много фигуристых дамочек. Саша невольно стал ценителем круглых, упругих поп. Поэтому даже в такой нервной ситуации не мог не отметить, что спешащая на работу девчонка, скорее всего, занимается спортом.

«Да и черт с ней», — решил Геллер, когда она скрылась из виду.

Он вернулся в машину и посидел пару минут, чтобы успокоиться. Почти избавившись от волнения, Саша поехал в банк, а оттуда в салон, где его мастер едва не потеряла сознание из-за необычной просьбы клиента.

— Да как так, Сашенька? Я ведь тебя со школы стригу. Обрезать? Такие красивые волосики? Разве можно? — сетовала Наталья.

Будучи приятельницей Сашиной мамы, она приняла все близко к сердцу.

— Надоели, теть Наташ. Рубите под корень, — хохотнул Геллер.

— Под корень — не стану, — заартачилась мастер, продолжая причитать: — Такой цвет волос у тебя красивый. С короткой стрижкой это будет не так заметно.

— Не страшно.

— Но вообще, если челку укоротить, вверх поднять, — прищурилась Наталья, запустив пальцы в светлые пряди, — виски тоже покороче… и сзади снять…

Она быстро прониклась идеей и бодро схватила пульверизатор, чтобы намочить волосы. Через двадцать минут Геллер довольно скалился, рассматривая себя.

Ему очень нравилось. Поблагодарив мастера словами и рублем, он поспешил домой. Вернее туда, где раньше был его дом.

Сыновья, Глеб и Лешка, встретили его радостным визгом и крепкими объятиями. Светлана вежливо поздоровалась, поинтересовалась, как дела, попросила вернуть детей не поздно и удалилась с глаз. Сашу это устроило.

Мальчишки уверили, что новая стрижка папке не просто идет — едет. Геллер разомлел и повез детей веселиться.

Вечер удался на славу. Они покатались на коньках в ледовом дворце, а потом объелись пиццей и мороженым. Маленький праздник среди недели был компенсацией за выходные, так как Светлана собиралась увезти детей к своей матери. Глеб не желал ехать к бабушке, хотел провести субботу и воскресенье с отцом. Но она не изменила решение, не хотела разделять братьев. Саша по этому поводу был с ней согласен. Он никогда не подвергал сомнению авторитет Светланы, как матери. Она любила мальчишек и хорошо воспитывала их. На данном этапе большего от нее Геллер не требовал.