После подъема и завтрака старпом Марченко дал команду: «Корабль к приему десанта приготовить!» На БДК открыли ворота, после чего на береговой слип, возле которого был ошвартован корабль, опустили аппарель. Боцманская команда приготовила крепления для техники и груза. Марченко на ГКП принял доклады о готовности боевых частей.

– Боцкоманда к приему десанта готова!

– Есть!

– Боевая часть пять к приему десанта готова!

– Есть!

Позвонил оперативный – техника на подходе.

Шубин направился к трапу, спустился на пирс. Мимо быстрым шагом проследовало несколько матросов во главе с начальником службы снабжения Бочаровым, отправленные в город для закупки необходимой мелочовки – от чая до щеток для «болгарки».

Бочаров почтительно козырнул, Шубин махнул в ответ: мол, поскорее возвращайтесь. Невдалеке уже топтался незнакомый моложавый майор, скорее всего, тот самый Почтарев. Шубин направился к нему.

– Вы старший на технике?

– Я!

Обменялись рукопожатием.

– Командир корабля Шубин Владимир Михайлович.

– Майор Почтарев Андрей Николаевич.

Рука у майора была сухая, жилистая, да и рукопожатие хорошее, крепкое, мужское.

За плечами у майора были Чечня, Донбасс и Сирия, два ранения и столько же орденов. Он только месяц назад вернулся из Сирии в подмосковную Ситенку, где стоял его саперный батальон, и вот теперь снова командировка.

– Что за техника?

– Машины «скорой помощи» и «Вепри».

– Со «скорыми» понятно, а вепрь, что за зверь?

– Бронированная машина разминирования БМР-3М.

– Сколько весит?

– Сорок восемь тонн штука!

– Тяжел зверюга.

– У вас трюм большой?

– Думаю, хватит. Танковый трюм 95 метров в длину, 4,5 в ширину и в высоту.

– Действительно, хватит! – довольно хмыкнул Почтарев.

– Товарищ командир, мостик докладывает: корабль к погрузке десанта готов! – прокричал дежурный у трапа, перегнувшись через фальшборт.

– Добро! – поднял голову Шубин и посмотрел на Почтарева. – Пора ваших зверей загонять в клетку.

– Приготовиться к приему техники и грузов через кормовое устройство! Проверить кормовое устройство приема десанта и грузоподъемные устройства корабля! Подготовить и разнести на штатные места крепления техники. Старшему боцману корабля провести инструктаж личного состава, участвующего в погрузке.

– Начать погрузку! – последовала команда с ГКП «Костромы».

Правила погрузки определены и незыблемы – вначале грузится боевая техника и только потом весь остальной груз.

…Колонна БМРов медленно вползала на пирс. «Вепри» и вправду выглядели устрашающе: танки были без пушек, но с усиленным бронированием, при этом каждый тащил по здоровенной двойной волокуше, которые Почтарев уважительно именовал минными тралами.

«Вот оно как, Михалыч, а я думал, что лишь у нас, флотских, приоритет на тралы, оказывается, и матушка пехота таковыми обзавелась!» – подумалось Шубину, но спросил о другом:

– А каково в этой консервной банке сидеть, когда волокуши по минам громыхают?

– Обыкновенно, – улыбнулся Почтарев. – Наше дело такое – саперное. Кстати, в «Вепрях» имеются биотуалеты, кондиционеры и подогреватели пищи, так что подпрыгиваем на минах с максимальным комфортом.

– Да уж, у вас действительно без биотуалета не обойдешься, – только и нашелся что ответить Шубин.

Первый танк осторожно сдавал задним ходом. Водитель, высунув голову, следил за каждым сигналом командира танка, который лично руководил погрузкой вверенной ему техники:

– Миша, чуть-чуть сдай вправо, еще-еще. Все, стоп! Теперь прямо! Держать прямо! Пошел! Пошел!

Около аппарели стоял Почтарев, контролирующий уже самих командиров танковых экипажей. За погрузку на десантные корабли перевозимой техники отвечает сам десант.

Первый танк аккуратно заехал на опущенную на пирс аппарель. Короткая остановка, и спустя несколько мгновений он уже стоял на своем штатном месте в твиндеке. Матросы, во главе со старшим боцманом, ловко и быстро стальными растяжками с талрепами закрепили стальную махину «по-походному», а по аппарели, фыркая клубами дыма, уже въезжал следующий бронированный монстр.

Танки заползали задним ходом, рыча и выплевывая клубы вонючего дыма, будто живые существа, которым не нравились тесный твиндек, предстоящее морское путешествие и особенно неизбежное «распятие» на талрепах. За каждым танком отчаянно гремела стальная волокуша.

После «Вепрей» начали грузить машины «скорой помощи». Надписи на их кабинах и по бортам были на русском, но почему-то все перевернуты задом наперед. Такую абракадабру Шубин не раз видел на улицах и раньше, теперь же вдруг весело подумалось, что, может быть, трафареты так набивали специально – этакая наша военная хитрость, чтобы враг не догадался, что «скорые» из России. Ну вот, кажется, и все. Последняя «скорая» исчезла в твиндеке. Теперь на очереди были ящики с различным грузом…