Филарет Евсеевич: – Не волнуйтесь, Аделаида Максимовна! Начинайте! А я поддержу вас! Вы начнёте, а я продолжу. Я тоже… волнуюсь.

Аделаида Максимовна (выставив правую руку вперёд, декламирует):

– Много звуков есть на свете:

Гром, греми! Шуми, трава!

Учатся у звуков дети,

Это тоже ведь – слова!

Филарет Евсеевич (продолжает):

– В звонах, грохотах и стуках

Птицей улетает тишь.

Подражай ты нужным звукам,

Говорить учись, малыш!

Из колясок слышаться бурные аплодисменты. Филарет Евсеевич и Аделаида Максимовна в страхе пятятся к скамейке, садятся

Аделаида Максимовна: – Мне показалось, что громкие хлопки послышались из… оттуда. Из колясок (указывает рукой на коляски). Но так наши дети не могут хлопать!

Филарет Евсеевич: – Конечно, не могут. Это нам обоим показалось.

Аделаида Максимовна, преодолевая страх, крадётся к коляске. Вытаскивает оттуда большую куклу, разглядывает, показывает её Филарету Евсеевичу. Смотрит в пустую коляску, ощупывает её руками

Аделаида Максимовна: – Слава богу! В коляске никого больше нет. Только мой Сеня. Он так сильно хлопать в ладоши не мог (кладёт его назад). Посмотрите у себя, в коляске. Может что-то там у вас… непонятное?

Филарет Евсеевич (возмущается): – Да что вы такое говорите (подходит к коляске, достаёт большую куклу, показывает). Вот моя Нюша! Она тоже улыбается, как и ваш Сеня (кладёт куклу в коляску). Нюша у меня не слон же, в конце концов, чтобы так хлопать.

Аделаида Максимовна: – Слоны не хлопают в ладоши. У них нет рук, а только четыре ноги. Если только ушами. Осмотрите внимательно вашу коляску, Филарет Евсеевич! Может быть там… что-то.

Филарет Евсеевич засовывает в коляску голову, потом шарит в ней руками

Филарет Евсеевич: – Больше никого. Только Нюша. Нам показалось. Давайте, начинайте, Аделаида Максимовна. Я же говорю, что нам показалось. Будем читать поочередно. Вы – свою загадку, а свою. Ждём ответа от одного из наших малышей. Потом я загадываю! Смелее!

Аделаида Максимовна (робко, перед колясками):

– Ходят гуси по дорожке,

Перепончатые ножки.

Гуси вышли на луга

И довольны…

Голос малыша Сени (громким басом): – Га-га-га!

Филарет Евсеевич в ужасе становится на четвереньки

Аделаида Максимовна: – Ну, что вы, Филарет Евсеевич, гагакаете и ещё пытаетесь изобразить из себя гуся? Я ведь не вам загадку загадала, а нашим малышам. А вы мне – га-га-га!

Филарет Евсеевич (рукой показывает на коляски, хрипло): – Это не я сообщил вам, Аделаида Максимовна, про «га-га-га». Это ваш славный малыш… э-э-э… Сеня.

Аделаида Максимовна: – Да что вы такое утверждаете? Мой малыш ответил мне «га-га-га» таким басом?

Филарет Евсеевич встаёт на ноги

Филарет Евсеевич: – Да. У него прорезался, именно, такой голос (наклоняется к коляске с Нюшей). А ты у меня, Нюшенька, ничего не сказала. Молодец! Сейчас пойдём домой. Не нужны нам никакие загадки и отгадки… громким басом. Правда, ведь?

Голос малышки Нюши (громким контральто): – Нет, папа! Хочу загадки! Сеня сказал «га-га-га». Я с ним согласна!

Голос малыша Сени: – Я тоже хочу научиться повторять звуки!

Аделаида Максимовна и Филарет Евсеевич становятся на четвереньки и быстро убегают, прячутся за скамейкой

Голос малыша Сени: – Куда они убежали, Нюша?

Голос малышки Нюши: – Не волнуйся, Сеня. Они там, за скамейкой лежат. Придут в себя и появятся перед нами.

Голос малыша Сени: – Конечно, вернуться. Не могут же они оставить своих детей без присмотра.

Голос малышки Нюши: – Зря мы с ними заговорили. Да ещё взрослыми голосами.

Голос малыша Сени: – Ничего не зря. Я с мамой бы и раньше разговаривал. Глупость, это, сама посуди. О чём можно говорить с взрослыми людьми? Просто, не знаю.

Голос малышки Нюши: – Да. Совсем не о чем. Они совершенно ничего не понимают в жизни. Странные какие-то.