– Чертовщина какая-то, – вслед за другом повторил Женька.

Кот залез в шалаш и завозился там, устраиваясь поудобнее. Женя вздохнул, немного завидуя другу, и уселся спиной к костру, обозревая окрестности. Всё как всегда. Далеко не первый раз они вот так ночевали в лесу. Правда, обычно их по ночам волколак охранял, поэтому они просто заваливались спать и отдыхали до рассвета, не задумываясь об опасностях, которые таит ночной лес. А сейчас монстра нет, и заступать на пост стало как-то непривычно. Хорошо бойцам спецопераций. Они с автоматами на задание ходят. Сейчас бы огнестрел точно не помешал. Арбалетом много не навоюешь. Есть, правда, ещё пистолет в потайном кармане. Но это, как говорится, последний шанс полевого агента. Применяется только в случае крайней необходимости.

Лес вокруг стоял тёмной стеной, где-то там копошились мелкие зверьки, ухнул для порядка пару раз филин, протопал вдали кабан и стремглав бросился от кого-то заяц. Обычный ночной лес. Всё, как всегда, если не вспоминать недавний туман. Женька дёрнул плечами и покрепче стиснул приклад арбалета.

Утро явно проснулось в хорошем настроении. Яркое солнышко игралось бриллиантовой россыпью росы на траве, лёгкий тёплый ветерок приятно ласкал лицо, а в лесу давал своё коронное выступление птичий хор. Даже не верилось, что вечером тут творились странные вещи. Женька позёвывая вылез из шалаша и, протирая глаза, посмотрел на суетящегося у костра Кота.

– Как дежурство прошло?

– Спокойно.

– Никто крылатый на огонёк не залетал?

– Сплюнь. Тут только силуэт увидел, аж мороз по коже.

– Чем сегодня займёмся?

– Ну, для начала позавтракаем. Сбегай к ручью, умойся. Сейчас чай закипит.

– А потом?

– Сходим к границе зоны. Сдаётся мне, что туман оттуда вчера приходил.

Позавтракали быстро и, собравшись по минимуму, налегке, углубились в лес. До условной границы зоны было недалеко и предполагалось, что дойдут минут за десять. Однако, чем дальше, тем больше лес стал напоминать чащобу после сумасшедшей бури. Всё чаще нужно было перелезать через громадные стволы упавших деревьев и продираться через заросли колючего кустарника. Да и зелень по мере приближения зоны подозрительно бурела все больше и больше, да и листва становилась всё реже и больше голых скрюченных веток, уродливо торчащих в разные стороны.

Граница зоны обозначила себя лёгкой дымкой, невесомой кисеёй развешанной между голых и чудовищно вывернутых в немыслимых фигурах деревьев. Друзья остановились в нерешительности, с опаской разглядывая туманную даль.

– Что-то мне боязно туда соваться, – проговорил Женька.

– Давай-ка, мы вдоль границы пройдём, посмотрим, – предложил Кот.

– Давай. Глядишь, и увидим что-нибудь.

Пошли вправо, с опаской косясь на пелену. Кое-где вдали угадывалось смазанное движение, но ничего конкретного рассмотреть не удавалось. Прошли километров десять и ничего толком не рассмотрели. Пришлось вернуться к шалашу. Решили пообедать и пройти в другую сторону.

– Можно сказать, что день прошёл впустую, – резюмировал Кот вечером, помешивая ложкой в котелке.

– Ну, почему? – не согласился Женька. – По крайней мере стало ясно, что нужно идти внутрь. У границы копаться, смысла нет.

– А то мы и так не знали, что туда идти надо. Ради этого и пришли.

– Ладно. Сегодня ты первый дежуришь. Кстати, смотри, опять туман.

Действительно, поляна опять стала заполняться молочно белым туманом. И опять вокруг костра и шалаша остался островок чистой земли, который туман старательно обходил. Друзья рефлекторно схватились за арбалеты и стали тревожно вглядываться в темноту. Успокоились только тогда, когда туман исчез. Быстро поужинали, и Женька полез в шалаш укладываться спать. Кот вздохнул и, проверив арбалет, приступил к дежурству.

Уже под утро Женька, сменивший на посту Кота, поднялся, потянулся, разминая затёкшую спину, и пошёл за валежником. Внезапно волколак внутри забился, словно пытаясь выбраться наружу. Мышцы против воли налились силой, в нос ударил запах прелой листвы и гниющей где-то туши какого-то животного, а из груди вырвался хриплый рык. Ничего не понимая, парень оглянулся и увидел метрах в десяти силуэт двух человек, закутанных в плащ. Встающее солнце светило этим непонятным гостям в спину, поэтому толком разглядеть их не удавалось. Но что-то неправильное было в этих фигурах. И ещё сильное чувство опасности, которое буквально кричало в сознании и толкало в спину, требуя срочно бежать.

Незнакомцы зашевелились и двинулись, обходя Женьку справа и слева. Парень хотел вскинуть арбалет, но, к своему удивлению, только слегка приподнял его. Тело не слушалось. Мощные мышцы, увитые канатами жил беспомощно расслабились, а рык, вырвавшийся из горла, получился на удивление беспомощным. Незнакомцы раскинули полы плащей, оказавшихся большими кожистыми крыльями, заканчивающимися мощными саблевидными когтями длиной никак не меньше пятнадцати сантиметров, взмыли в воздух и оттуда спикировали на Женю. Время растянулось, словно патока. Только сейчас удалось рассмотреть нападающих достаточно подробно. Женька понял, что в их фигуре показалось неправильным. Короткие ноги при непропорционально длинном теле. Острые маленькие ушки и приплюснутые морды с карикатурно широкими пастями, усеянными треугольными зубами, маленькие глазки под мощными надбровными дугами и топорщащийся иглами гребенчатый воротник производили отталкивающее действие и не сулили ничего хорошего. И, самое обидное, поделать ничего было нельзя. Не слушалось тело, хоть плачь.

Похоже, всё. Отбегался. И Кота не предупредить. Так и загрызут его спящим. Справа раздался сдвоенный рык, две тени промелькнули в воздухе и, сцепившись с крылатыми чудовищами, покатились по траве. И сразу отпустило. К мышцами вернулась былая сила, а тело опять стало послушным.

– Что за? – донеслось от шалаша.

Разбуженный шумом схватки Кот, ничего не понимающий спросонья, вскинул арбалет и целился в мешанину тел. Вскоре всё закончилось, и два волколака, отряхиваясь, подошли к Женьке.