— Всё что нам нужно — отдельная комната для разговоров. Эта вполне подойдёт, — сказал майор, снова набивая трубку.

— После того как мы её хорошенько проветрим, — добавил Рэндон и подмигнул.

— Я пришлю сюда дежурных, которые несли вахту в ту ночь, — капитан кивнул обоим друзьям и вышел.

В самом тёмном углу комнаты благодаря прихоти воздушных потоков дым вдруг свился в причудливую загогулину; она вспыхнула на миг зелёным светом и погасла. Окажись здесь миссис Морган, или миссис Тэлбот, или хотя бы леди Рэндон, они сразу опознали бы в загогулине руну Хаш — руну движения и поиска. Мужчины же ничего не заметили.

Крайне неприятное дело! — думал тем временем капитан, направляясь в рубку. Хорошо ещё, что ему не придётся брать на себя эту проблему с дознанием. Рэндон и Кэмпбелл достаточно опытны в таких делах. К тому же, лорду Рэндону, человеку из общества, будет проще найти общий язык с некоторыми важными персонами вроде леди Каслри. Обычного дознавателя эта дама съела бы на завтрак, даже не поморщившись.

Лорд Рэндон и майор Кэмпбелл не покидали курительной уже несколько часов. Яркий дневной свет в окнах сменился мягкой вечерней синевой. Зажгли карселевые лампы, стюард принёс вечерние коктейли. Близился ужин, а дело не продвинулось ни на шаг. Все пассажиры в позапрошлую ночь, как назло, вели удивительно здоровый, добропорядочный образ жизни, прямо как дети в младшей школе. Никто не засиделся за картами, никто не вышел ночью прогуляться по палубе и полюбоваться луной.

Господин Мельтон, фабрикант, признался, что они с Трэверсом пропустили по «ночному колпаку» в «Пальмовом дворике», а потом лично он отправился к себе и заснул, как младенец. Миссис и мисс Морган весь вечер были у себя. Леди Винтер, едва переступив порог, принялась так отчаянно кокетничать с Рэндоном, что майор сжалился над приятелем и провел допрос сам. В результате мисс Винтер через пятнадцать минут покинула комнату в совершенной ярости, но никаких полезных сведений им получить не удалось. На пороге леди окинула их обоих презрительным взглядом:

— Сомневаюсь, чтобы вам удалось отыскать браслет и мисс Годдард. Но, по крайней мере, я могу подсказать вам, кто испортил стену в моей каюте. Того шутника вы ведь тоже не смогли найти? Советую вам порасспросить эту бедную овечку миссис Тэлбот, которую притащил с нижней палубы наш благороднейший доктор Моррис. К вашему сведению, эта особа несколько лет назад угрожала мне расправой.

Выплеснув напоследок этот ушат сведений, Алисия исчезла, захлопнув дверь ровно с той степенью драматизма, чтобы максимально выразить своё раздражение, не особенно нарушая приличий.

— Интересно, она серьёзно — насчёт миссис Тэлбот? — вслух поинтересовался Рэндон.

— Я видел на палубе эту даму… — майор привычным, отработанным жестом потянулся за трубкой, — и не стал бы придавать большого значения словам леди Винтер.

Он с удовольствием выпустил колечко дыма.

— Миссис Тэлбот — особа нервная, впечатлительная, на прогулке держалась очень скованно, но на других леди поглядывала этак оценивающе. Вернее, не на самих дам, а на их наряды. Сама она одета простенько, но туфли и зонтик у неё модные, явно из столичных магазинов. Точнее, были модными лет пять назад. Вывод: когда-то наша миссис Тэлбот жила в Спленфилде, но потом была вынуждена перебраться в провинцию. Скорее всего, работала модисткой, возможно, держала своё ателье. Думаю, на этой почве у них с леди Винтер и случился конфликт.

— Да, это похоже на правду, — согласился Рэндон. — Алисия в гневе способна выжить из столицы не только хозяйку ателье…

Леди Каслри явилась в сопровождении Маргарет, проигнорировав просьбу майора насчёт разговора наедине.

— Не понимаю, к чему этот фарс, — бесстрастно произнесла она, опустившись в кресло. — Той ночью мы с Маргарет спали и ничего не слышали.

— Я обязан задать этот вопрос, ваша светлость, — терпеливо пояснил майор. — Не выходили ли вы из каюты той ночью, когда исчезла мисс Годдард?

— Нет, я же сказала, — сразу ответила старая дама. Маргарет молчала. Лицо её побледнело так, что на нём чётко проступили веснушки.

— А вы, мисс Хэмптон?

— Я… выходила, — еле слышно. — Просто вышла подышать свежим воздухом на пять минут. Кажется, около полуночи. Но я никого не видела.

Лицо леди Каслри было непроницаемо, как старинная маска.

— Лжёт, — убеждённо сказал Кэмпбелл, как только дверь за обеими дамами закрылась. — Надо вырвать девчонку из лап этой старухи и допросить отдельно.

— Ставлю десять против одного, что мы ничего не добъёмся, — сказал Рэндон и устало вздохнул. — Вы не задумывались, майор, что люди по сути своей — никудышные свидетели? Никто никогда не скажет вам всей правды. Кто-то старается обелить себя, кто-то покрывает грешки другого; один человек не замечает очевидных вещей, другой, наоборот, любит присочинить…

— Знаете, один мой знакомый работает над созданием аппарата для моментальной фотографии, — продолжил Рэндон. — Будь у нас на палубе «Монарха» такой прибор, нам сейчас не пришлось бы полагаться на ненадёжную человеческую память и чьи-то моральные принципы!