Впрочем, дома была охлаждённая курица. Ещё не приготовленная, ждавшая своего часа — наверно, именно вот этого. От этой мысли уголок губ приподнялся.

— Ну что, киса, хочешь курочки? Тогда пойдём.

Кошка, мягко спрыгнув на усыпанный листьями асфальт, проворно побежала за ней. Она то и дело льнула к ногам, и Инесса ласково погрозила пальцем:

— Не путайся, запнусь ведь о тебя!

Кошка будто понимала слова. Она села в прихожей и обернула лапки хвостом, следя за разувающейся Инессой большими, выпуклыми глазами тёплого светло-зелёного оттенка.

— Какая культурная гостья, — усмехнулась Инесса. — Ждёшь приглашения? Ну, заходи.

Курица была разделана. Снимая мясо с костей, Инесса откладывала кусочки на блюдце для кошки. Угощение она поставила под кухонный стол. Гостья вежливо принялась за еду. Ела она неспешно, степенно, без жадности. А Инесса готовила ужин для себя: часть куриного мяса она поставила тушиться с картошкой, а часть убрала в морозилку.

Обследование у ветеринара показало, что кошка очень здоровая и ухоженная для уличной — видимо, всё-таки домашняя. В пользу этого говорил и тот факт, что она была стерилизована. Как ни хотелось Инессе оставить ласковую красавицу себе, она всё-таки расклеила на улицах объявление о найденной кошке со своим телефоном и фотографией пушистой гуляки, которую распечатала для пущей точности на цветном принтере, чтобы передать все особенности окраса. Кто-то, вероятно, сейчас искал её, тревожился и огорчался.

Спустя два дня, в точно такой же тихий и тёмный вечер, полный шуршания кленовой листвы, Инессе позвонили. Женский голос сказал:

— Здравствуйте, я насчёт кошки... Кажется, это моя.

— Добрый вечер, — поздоровалась Инесса. — Вы уверены?

— У неё особая примета, которую на фотографии не видно — чёрное пятнышко в виде сердечка на спине, ближе к хвосту.

— Да, действительно, такое пятнышко есть.

Голос был приятный, молодой, обладательнице могло быть около тридцати. В нём дрожало волнение и мурлыкала любовь, и это отчего-то задело сердце Инессы странной грустью. Осень шуршала ласково, утешительно: вот и нашлась любящая хозяйка. И всё будет хорошо — у кошки. А у Инессы — по-старому. Впрочем, ей не привыкать играть в карты-листья с осенним сумраком.

— Я смогу подъехать к вам примерно через час, — сказала хозяйка. — Я с работы сейчас еду, надо домой заскочить за переноской.

— Да, конечно, — сказала Инесса. Она назвала своё имя и продиктовала адрес.

Вскоре приехала невысокая девушка в тёмных прямых джинсах и куртке, из-под которой виднелась белая горловина свитера. Джинсы сидели на ней прекрасно, подчёркивая красивые, развитые мышцы бёдер. Их очертания не переходили за грань, где кончается спортивная, подтянутая красота и начинается чрезмерная для женщины выпуклость. А второе, что привлекало взгляд — светло-зелёные глаза такого же тёплого оттенка, как у кошки. Они были до смешного похожи. Инесса не удивилась бы, если бы у хозяйки обнаружилась родинка-сердечко на пояснице. Тёмно-русые волосы были оформлены в короткую причёску «боб» с приподнятым затылком.

— Здравствуйте, Инесса, — улыбнулась она, и сердце отчего-то согрелось, как от прикосновения пушистого кошачьего бока.

Поставив на пол в прихожей переноску, девушка присела и протянула руки к кошке. Та сразу же подошла и прильнула к ладоням, замурлыкала. Она явно узнавала хозяйку. Но ведь и к Инессе кошка прижималась, как к родной.

— Несси, ну разве так можно, а? Ах ты, бродяга-путешественница!

Девушка гладила кошку, а сердца Инессы касалась кленовым листком ласковая грусть.

— Спасибо вам огромное, что нашли её и дали объявление! — сказала девушка, вскинув на Инессу тёплые зелёные глаза. — Вы ничего не написали насчёт вознаграждения, но, может быть, возьмёте?

— Не стоит, — сказала Инесса. — Раз в объявлении ничего не сказано, значит, не надо.

— Спасибо вам огромнейшее ещё раз! — тепло просияла девушка взглядом.

Кошка вдруг отказалась лезть в переноску. Вместо этого она игриво отскочила в сторону кухни.

— Это ещё что такое? — удивилась хозяйка. — Несси, Несси! Иди сюда... Домой же сейчас поедем! Ты не хочешь домой?

Кошка побежала к ней, но в последний момент не далась в руки — проскочила в комнату.

— Несси, что за фокусы? — недоумевала девушка.

Вместе с не менее озадаченной Инессой они направились следом за кошкой, которая восседала на спинке кресла. Хозяйка снова принялась её подзывать, но та и усом не вела. Вместо этого она мягко перепрыгнула на тумбочку.

— Да что ж такое-то! — воскликнула девушка. И, смущённо улыбаясь, добавила: — Вы, наверно, думаете, что это не моя кошка, но это правда Несси. Вот, могу показать её фотки...

— Я вам верю, — сказала Инесса.

Но девушка всё-таки показала в своём телефоне снимки кошки в домашней обстановке.

— Вот и пятнышко-сердечко, — обратила она внимание на фото, где хвостатая любимица сидела спиной.

— Да верю я вам, верю, — рассмеялась Инесса. — У вас с ней глаза одинаковые.

Девушка светло улыбнулась.

— Есть такое дело. Когда я брала её котёнком, сразу обратила на это внимание. Ну, думаю, судьба.

Однако эта мохнатая судьба не очень-то горела желанием возвращаться домой. Несси не шипела, не отбивалась лапами, просто шаловливо убегала: с тумбочки — обратно на кресло, с кресла — на диван, а оттуда — в спальню, под кровать. Там она разлеглась и принялась невозмутимо умываться. А Инесса с хозяйкой, сидя на полу, по очереди подзывали её: