– Мне нужна моя избранная! – Элоранарр подскакивает к императору, тот отшатывается, но Элоранарр хватает столик и швыряет в стену. Обломки и щепки разлетаются, одна застревает в волосах императора. Элоранарр выдыхает пламя. – Немедленно!

Ковёр под его ногами тлеет, источая запах палёной шерсти.

Хмурый Ранжер напоминает:

– У тебя и так три женщины, зачем четвёртая, даже избранная?

– Потому что только она имеет смысл!!!

Душераздирающий возглас сменяется тишиной. Эта откровенность, крик души, боль, читающаяся в лице и поникших плечах, действует на меня куда сильнее требований и его буйства. Ещё и сочувствие Арена проходится по нервам.

«Лера, пожалуйста, – просит он. – Скажи ему».

Да мне хочется! Но…

«Арен, она сбежит, она обещала сбежать, как только он узнает».

– Где. Моя. Избранная?

– Элоранарр, она не может и не хочет быть с тобой таким, какой ты есть сейчас. Ну пойми же, – опять бессильно указываю на пепел на ковре. – Я могу ещё раз написать, что именно её отталкивает, а ты можешь…

Элоранарр подступает к закрывающему меня щиту, тот пружинит, отталкивая его, не позволяя надо мной нависнуть. Арен прижимается к моей спине.

– Кто она? Кто?!! – рык вспыхнувшего огнём Элоранарра вышибает стёкла и жжением отдаётся в ушах.

– Элор, довольно, – император подходит к нему сзади.

Пламя вокруг Элоранарра кипит, от ковра резче пахнет палёным, дующий в окно ветер прижимает дым к полу. Вот такого бешеного Элоранарра мне совсем не жалко. И я чеканно повторяю ему список:

– Уважение к женщинам. Отсутствие уничижительных высказываний о женском уме и способностях. Разрешение на приём в ИСБ женщин. – Мне очень жаль Вейру, она замечательная, но ей нужно искать мужчину, который будет её ценить, а Риэль вряд ли хочет делить своего избранного с другими, поэтому продолжаю: – Доброжелательное выселение твоих любовниц с выплатой им солидной компенсации, и…

Вонзившись когтями в щит, Элоранарр проминает его, силясь приблизить ко мне оскаленные зубы. Арен выбрасывает вперёд руку, щит отшвыривает Элоранарра. Император приседает, пропускает его над собой. С треском впечатавшись в стену, Элоранарр сползает вниз, трясёт рыжей гривой. А вокруг него на шёлке обоев расцветают огненные всполохи, портьера тлеет.

Дикое раздражение вспыхивает во мне: с какой стати он разрушает нашу с Ареном башню?

– Элор-р, – рычит Арен. – Уйди.

Император отступает к дивану и прикрывает щитом Ланабет.

– Элор, спешить некуда, – напоминает он. – Самое главное – ты сейчас здоров.

– Мне нужна моя…

– Да что ты заладил?! – Видар вскакивает. – Нужна-нужна, ты подумай, что будет, если она на тебя смертельно обидится. Подумай о последствиях! Послушай Валерию…

Элоранарр переводит на него дикий взгляд?

– Слушать эту девчонку? Да что она понимает?

Видар приподнимает брови:

– Она понимает, почему от тебя скрывается избранная.

– Арен… – в голосе Элоранарра почти мольба, и я чувствую, как всё внутри Арена вздрагивает от сочувствия. – Объясни своей денее, что. Она. Не. Права.

– Она права, – Ланабет тоже встаёт с дивана. – Твоё возмутительное отношение к женщинам пора менять.

– И любовниц выселять тоже, – грозит пальцем Ранжер. – Но честь по чести, чтобы избранная оценила твоё благородство.

Кажется, этого хватает, но сверкающий от переизбытка эмоций император просто добивает:

– Если не можешь найти избранную, которая ходит у тебя под носом, ты её просто недостоин.

– Но я не виноват! – Элоранарр всплескивает руками. – Ты же знаешь, знаешь, что любовницы притупляют восприятие! А если она под абсолютом, я её не найду! Не найду… – он с ужасом выдавливает. – Никогда…

Сияние императора бледнеет, выражение лица смягчается.

– Это был твой выбор, тебе за него отвечать.

– Элор, – у Арена разрывается сердце. – Поверь моему опыту: спешка и давление только вредят, тебе надо…

– Опыт? – Элоранарр горько усмехается. – Да какой у тебя опыт?! – Он оглядывает остальных. – Что, никто не поможет уговорить эту упёртую девицу?

На его руках вспыхивают два золотых солнца. Развернувшись, он со всей силы ударяет стену. С грохотом разлетаются осколки, император прикрывает крылом Ланабет, Видар закрывается рукой, а Ранжер успевает вытащить лишь одно крыло. Золотой щит Арена сжигает пыль и осколки стены.

– Хватит разрушать нашу башню! – одновременно произносим мы с Ареном.

В зияющую в стене дыру задувает ветер. Элоранарр, испепелив свисающий поперёк отверстия кусок обоев, выходит наружу и, сверкнув крыльями, устремляется к дворцу. Рухнув на крышу, доламывает оставшиеся с отбора вмятины и проваливается внутрь.

Решил проверить обитательниц дворца? Ох, и долго он будет там искать. Вот как можно быть таким слепым? Ведь должно его к Риэль хоть немного притягивать, он же с таким удовольствием лежал у неё на коленях, слушал её… Или Элоранарр настолько боится признать в себе тягу к «мужчине», что ушёл в глубочайшее отрицание и сам этого уже не замечает?