Шрифт:
Раиса Михайловна. Разве Тургенев писал стихи? В любом случае это хорошо. Брайлем его стихов у нас нет.
Голос из зала. Громче говорите, мы не слышим.
Раиса Михайловна (Дмитрию). Дмитрий Сергеевич, посмотрите, сколько людей в зале?
Дмитрий. По-моему, человек десять.
Раиса Михайловна. Понятно… Должно быть двадцать. Завтра будем разбираться.
Дмитрий. Я хотел бы прочитать вам одно из своих стихотворений. О жизни.
Голос из зала. Нам не надо о жизни. Давайте о любви!
Дмитрий. Вы сначала послушайте, а потом говорите.
Ах, давно ли гулял я с тобой!Так отрадно шумели леса!И глядел я с любовью немойВсё в твои голубые глаза.И душа ликовала моя…Разгоралась потухшая кровь,И цвела, расцветала земля,И цвела, расцветала любовь.Как я всё, всё другое забыл!Как я был и задумчив и тих!Как таинственно тронут я был!Как я слез не стыдился моих!А теперь этот день нам смешон,И порывы любовной тоскиНам смешны, как несбывшийся сон,Как пустые, плохие стишки.Все! На прошлой неделе сочинил! Ну как?
Голос из зала. Это ретро?
Дмитрий. Вроде того. А что? Еще вопросы есть?
Оля. А это все основано на реальных событиях или из головы?
Дмитрий. Прекрасный вопрос. Нет, это не фантазия. Все основано на реальных событиях.
Раиса Михайловна. Вы женаты, Дмитрий Сергеевич? Можно от меня такой нескромный вопрос.
Дмитрий. Да, на сегодняшний день я еще женат. Что будет завтра – не знаю.
Оля. Это вы о жене стихи написали?
Дмитрий. Отчасти. Во многом.
Раиса Михайловна. А как вам помогает в поэтическом творчестве профессия электрика?
Дмитрий. У них много общего… И там, и там нужна наблюдательность, внимание к деталям. Чтобы, как говорится, током не убило.
Голос из зала. Пусть еще что-нибудь прочитает.
В зале гаснет свет.
Раиса Михайловна. Лампочка перегорела. А давайте мы дискуссию свернем. И продолжим ее в формате беседы в чайной комнате. В более интимной обстановке.
Голос из зала. А что, больше нет стихов?
Дмитрий (шепотом, Раисе Михайловне). Подождите, я знаю одно стихотворение. Для матери когда-то учил, еще в детстве. Агния Барто. Почему-то запомнилось.
Дмитрий выходит из-за стола, становится перед залом, читает, как когда-то в детстве.
Мама по комнатамВ фартуке беломНеторопливо пойдет,Ходит по комнатам,Занята деломИ, между делом,Поёт.Чашки и блюдцаПеремывает,Мне улыбнутьсяНе забываетИ напевает.Но вот сегодняГолос знакомыйСловно совсем и не тот:Мама по-прежнемуХодит по дому,Но по-иному поёт.Голос знакомыйС особенной силойВдруг зазвучал в тишине.Доброе что-тоВ сердце вносил он…Не разреветься бы мне.7
Оля стоит у входа в клуб с палочкой. Из здания выходят Раиса Михайловна и Дмитрий – с книжкой Тургенева и 250-грамовой бутылкой коньяка.
Раиса Михайловна. Оля, ты одна? А где же остальные?
Оля. Не знаю. С Ниной и Наташей я разминулась. А наш служебный автобус уже уехал.
Раиса Михайловна. Вот, Дмитрий, видите, какой у нас непростой коллектив. Можем бросить человека в беде.
Дмитрий. Сейчас везде так.
Раиса Михайловна. Оля живет одна, ее никто не встречает. Как у тебя со Степаном? Это их мастер, серьезный человек.
Оля. Никак. Мы поссорились. Он дурак.
Раиса Михайловна. Ну, Оля! Дурак, не дурак, а партнер должен быть. Если зрение падает, без партнера и сам пропадешь. Скажите ей, Дмитрий Сергеевич.
Дмитрий. Я провожу девушку. У нас с Олей и коньяк есть. Да, Оля? А далеко идти?
Раиса Михайловна. Два квартала. Оля и сама дошла бы… Но видите, какой у нас опасный район. Окна бьют.
Конец ознакомительного фрагмента.