Шрифт:
Дальше на каждого из депутатов отводилось три страницы с заранее оговоренной между Крестовым и Закревской структурой информации: копия предвыборной листовки кандидата; подробная хронологическая таблица жизненного пути, так сказать; сведения о семье – все, какие удалось собрать; и характеризующие стиль речи и мышления цитаты из стенограмм сессионных заседаний.
Про аппарат думы имелись структурная схема, штатное расписание и краткая характеристика Ольги Леонидовны на каждого сотрудника.
В конце папки шел текст регламента с иллюстрациями Закревской в виде подробных блок-схем всех описанных в нём процедур работы представительного органа Среднеградска.
«Да, мне просто повезло, что есть хоть один свой депутат там», – подумал Крестов. «Хотя, что значит повезло. А не я ли её в прошлом году уговорил-таки пойти на выборы, писал ей предвыборную программу кандидата, мобилизовал все ресурсы Союза налогоплательщиков на избирательную кампанию. Скептики тогда гундели, что никто из одиннадцати кандидатов не пройдёт. А вот она прошла!»
Пора было идти к Бочкаренко. Иван Васильевич положил «объективку» на Афанасия Сергеевича в думскую папку, а папку засунул назад в портфель. Потом пошёл в комнату отдыха, выпил несколько глотков воды, причесался, разглядывая себя в зеркале, потом, как советуют психологи, подержал некоторое время улыбку на своих губах, и твёрдо, глядя себе в глаза, вслух произнёс: «Что бы он ни говорил, как бы он себя ни повёл, ты, Ваня, заводиться не будешь!»
Тоненькую пластиковую папку с несколькими страничками рукописного текста Крестов взял с собой.
18
«Надо убедить Петра Никифоровича, надо убедить Петра Никифоровича, надо убедить Петра Никифоровича», – непрерывно вслух повторял сам себе Сафин. Он ехал за рулём машины своей жены к губернатору обсуждать предложение Крестова о переходе из вице-мэров в председатели контрольно-счётной палаты Среднеградска.
После разговора с мэром Александр Мартынович вернулся к себе на третий этаж, буркнул секретарю, что его здесь нет и уже сегодня не будет, и заперся в кабинете – надо было осмыслить состоявшуюся встречу и наметить план дальнейших действий. Он достал из встроенного в рабочий стол минихолодильника бутылку «Боржоми», открыл и выпил прямо из горлышка половину.
«Итак, во-первых, Крестов – это тебе не Дьяконов во всех смыслах: умнее, увереннее, вреднее, и, самое главное, его в мэрское кресло не Ростов посадил, а горожане, и поэтому губернатор им управлять в такой степени, как Дьяконовым, не сможет, как бы ему этого не хотелось.
Во-вторых, убрать с должности Крестова получится в лучшем случае только через полтора-два года. Раньше не выйдет – нужно ведь основания создать-накопить, процедуры провести. А меня он за год максимум всё-таки из замов так или иначе выпрет. И чем сильнее я буду сопротивляться этому, тем более основательные аргументы ему для увольнения потребуются. Что может вполне для меня закончиться не только потерей этого места.
А в третьих, что важнее всего, это повод для меня хотя бы отчасти выйти из той игры, в которую я попал, конечно, добровольно, но возможных последствий которой я явно недооценил в её начале. Повод хоть немного дистанцироваться, а значит и шанс уцелеть».
Сафин нажал на мобильном цифру «1» и вышел на свою единственную сестру, хоть и двоюродную:
– Люда, привет, Пётр Никифорович сегодня на обед домой приедет?
– Да, если ничего внепланового не стрясётся у него. А что случилось?
– Ничего ещё пока не случилось. Только готовится.
– Саша, что за голос, что за настроение? Рассказывай, давай.
– Ну, говорю же тебе, что нечего ещё в принципе рассказывать. Просто только что побеседовал с нашим новым мэром. Он мне сообщил, что не видит меня в роли своего заместителя, и сделал такое предложение, которое я обязательно должен обсудить с Ростовым.
– Что за предложение?
– Люд, ну не буду я тебе про это по телефону трепаться. Ты лучше, когда муж на обед приедет, соедини меня с ним.
– Ладно, ладно. Соединю. Ты только, Саш, себя раньше времени не накручивай!
Сафин допил «Боржоми» и поставил бутылку в корзину для ненужных бумаг.
«Итак, это повод и шанс. И я их должен использовать.
Аргументы для Ростова:
– если я отказываюсь, то Крестов сразу же своим приказом изменяет мои полномочия, и я всё равно уже не смогу делать то, что делал;
– если я отказываюсь, то Крестов сразу же начнёт готовить основания для моего увольнения, а это значит, что тотальная ревизия всей моей работы в должности зама мне обеспечена;