Вся чуткость и доброта Даэрта по отношению к ней и Вейласу теперь казались храмовнице злой насмешкой. Здравый смысл подсказывал девушке, что ей стоит успокоиться, взять себя в руки, а лучше с кем-нибудь посоветоваться. Вместо этого Эллара отправилась в Крейстон с чёткой целью: узнать всю правду, отомстить убийцам родителей, и найти магический кинжал, с помощью которого Айзен похитил душу Вейласа. Здравый смысл советовал не торопиться, и сначала всё хорошенько обдумать, но гнев оказался сильнее. Смерть представителя древнего дворянского рода обязательно повлекла бы за собой серьёзные последствия, однако Эллару этого совсем не волновало. Любой ценой поквитаться с убийцами своих родителей и вернуть брату душу — это всё, чего она хотела.

— Где кинжал? — задала храмовница первый вопрос.

— Где-то в покоях Агнессы. Если только она не взяла его с собой, — ответила Джулиус спокойным голосом, даже не став уточнять о каком кинжале идёт речь.

— А где она сама?

— Там, где ты не сможешь её достать. Пока.

Эллара слегка нажала на рукоятку, и по шее герцога потекла тонкая струйка крови.

— Я не в том настроении, чтобы разгадывать загадки. Эта тварь убила моих родителей и пыталась убить меня! — раздражённо бросила она.

— Я прекрасно понимаю что ты сейчас чувствуешь, но…

— Мне нужны ответы, а не понимание! Все эти годы я считала вас порядочным и справедливым человеком. Мне даже в голову не могло прийти, что забота о Вейласе — всего лишь притворство, какая-то гнусная игра! — в голосе храмовницы теперь был слышен не только гнев, но и грусть.

Джулиус тяжело вздохнул. Герцог мог сказать, что заботясь о Вейласе, он не преследовал никаких целей, но не стал этого делать, потому что не видел в этом никакого смысла. Было очевидно, что разгневанная девушка всё равно ему не поверит, ведь после открывшейся правды ни о каком доверии не могло быть и речи.

— Мне очень жаль Кейро и Вейласа. Что бы Агнесса не вбила себе в голову, они не заслуживали смерти.

— Перекидываете всю вину на жену? Вы не только двуличный негодяй, но ещё и жалкий трус! — презрительно бросила она.

— Двуличный? Может быть. Но до Тайрина мне далеко. Вот уж о чьей смерти я нисколько не жалею, так это о его.

Рука Эллары, в которой она держала меч, задрожала. Не от страха, а от ярости.

— Не смей так говорить о моём отце, негодяй! Он был хорошим человеком! — буквально прошипела Эллара.

Джулиус презрительно хмыкнул.

— Хороший человек не стал бы соблазнять невесту сына своего лучшего друга. Такая гнусная мысль даже не пришла бы ему в голову. И уж тем более хороший человек не стал бы убивать обманутого жениха на дуэли.

Храмовница была ошарашена услышанным. Девушке показалось, будто её со всей силы ударили кулаком в живот, выбив весь воздух. Герцог Даэрт говорил о её отце поистине страшные вещи.

— Нет. Этого не может быть, — растерянно пробормотала она.

— Может. Твой отец положил глаз на невесту Рейнара. Он и так привык менять женщин чуть ли не каждый месяц, о чём твоя мать прекрасно знала.

— Нет! Ты лжёшь, негодяй! — повысила голос храмовница.

— Это легко проверить. Найди какого-нибудь тёмного мага, и попроси его призвать душу Тайрина. Ты ведь знаешь, призванный призрак не способен солгать.

Эллара покачала головой. Гнев храмовницы никуда не испарился, но после слов Джулиуса к нему добавился и страх. Не было похоже, что герцог придумал оправдание только сейчас — уж больно уверенно он об этом говорил. Сам же Джулиус, видя замешательство храмовницы, уже был готов вырвать меч из её рук, но его отвлёк маг, ворвавшийся в кабинет без стука.

— Извините, ваша светлость. Я не знаю как так вышло, но печать…

Маг замолчал на полуслове, заметив в каком незавидном положении оказался его хозяин. На внезапное появление незваного гостя Эллара отреагировал мгновенно: ослепив колдуна яркой вспышкой, девушка тут же подскочила к нему, сбила с ног, а когда он рухнул на пол, приложила рукояткой меча по голове, от чего мужчина тут же потерял сознание. Резко обернувшись, храмовница заметила, что герцог смотрит на своего слугу с нескрываемой тревогой. Он без труда догадался о чём пытался рассказать маг, хотя тот и не договорил фразу до конца. Магическая печать, с помощью которой колдун запер Агнессу в крипте, была нарушена, а значит герцогиня вновь оказалась на свободе. Не успев проанализировать ситуацию, Джулиус совершил роковую ошибку, а именно бросился к окну. Агнесса только этого и ждала. Несмотря на то, что после смерти Рейнара они сильно отдалились друг от друга, предательство мужа очень её задело, хотя Агнесса чего-то подобного и ожидала. Спускаясь в усыпальницу, герцогиня прихватила с собой специальный амулет, с помощью которого ей и удалось снять печать со склепа, и выйти на свободу.

Агнесса знала, что маг, попытавшийся запереть ей в крипте, сразу почувствовал, что печать пала, и скорее всего бросился обо всём докладывать своему вероломному хозяину. Желание спалить дом со всеми его обитателями было поистине велико, но Агнесса смогла сдержаться. В конце концов, находившиеся в доме слуги были не виноваты в том, что Джулиус её предал. Супруг, с которым она прожила в браке больше двадцати лет, в одночасье превратился в заклятого врага. Поэтому когда Джулиус подошёл к окну своего кабинета, Агнесса без малейших колебаний выпустила большую струю огня. С легкостью пробив стекло, ворвавшееся в кабинет пламя в одночасье чуть не превратило комнату в крематорий. Эллара осталась жива только потому что успела окружить себя и колдуна, валявшегося возле её ног, магическим щитом. Герцог погиб сразу, не успев даже вскрикнуть. Открыв дверь, и вытащив в коридор не пришедшего в себя мага, Эллара крикнула во всё горло: