— А сам он как выглядел?

— Почти так же, как и вживую. Но он, как я уже говорил, был молод не только духом, но и телом, а потому различия не бросались в глаза, как у нас с тобой.

— Вполне вероятно, он ошибся.

— Да, и такое возможно, — согласился Дженна Дасс.

Судя по выражению лица, что-то не давало ему покоя, но делиться этим он не собирался.

— Что дальше? — спросила Вера, устав молчать. — Помнится, ты так бойко рассуждал о том, что приманивать Зазеркальщика лучше на тебя, ты ведь получил отпечаток духа Рана, а чудовище почему-то охотится за ним и его родней… Почему, не скажешь?

Дженна Дасс не ответил.

— А я попробую догадаться, — продолжала она по наитию. — На самом деле оно ищет вовсе не Рана. Оно ищет тебя.

— Что за чушь? — нахмурился он.

— Вовсе не чушь. Ты сказал, что стал недолюбливать зеркала с тех пор, как Зазеркальщик утащил Ладору у тебя на глазах. Конечно, ты недоговариваешь, но мне кажется, ты что-то замечал после его гибели, и, наверно, не раз. — Вера перевела дыхание. — Очевидно, чудовище запомнило тебя и искало, только это не так-то просто сделать, когда ты находишься здесь, на изнанке, а снаружи — сотни связных зеркал! Пока доберешься до того, по которому ты с кем-то общаешься, ты уже успеешь прервать вызов.

Дженна Дасс усмехнулся, потом спросил:

— Полагаешь, эта тварь впитала не только дух Ладору, но и его обиду?

— Почему нет? Это бы все объяснило! Скорее всего, ее выпустил или просто случайно показал дорогу Ладору, а убежать от нее не сумел. Больше она никого не тронула, иначе сохранились бы страшные рассказы о связных зеркалах, а их популярность серьезно упала бы. Твари был нужен именно ты, тебя она и искала, — Вера ткнула пальцем в его грудь. — Но ты повстречался с Вирра Марой и исчез. И тварь исчезла. Наверно, она поискала тебя какое-то время, а потом… не знаю, ушла туда, в глубь Зазеркалья. Может быть, это пространство ей не подходит, как знать? Или она все-таки выбиралась на охоту, но так редко, что никто не заподозрил неладного? Потому и баек никаких нет…

— Но зачем она появилась вновь? — задал резонный вопрос Дженна Дасс. — Когда погиб Лирра Наль, я все еще тосковал, заточенный в камне.

— Наверно, дело в зеркале… У Лирра Наля было зеркало работы Ладору, так написала его вдова, — ответила Вера. — Их не так много сохранилось… Вдобавок Лирра Наль — Айярей, как и ты. Это уже два фактора. И вы здорово похожи внешне. Право, я не знаю, какое именно стечение обстоятельств было тому причиной, но что случилось, то случилось: кузен Императора погиб, а его любовница уцелела. Только вот тоже, как и ты, до конца жизни сторонилась зеркал.

— В самом деле? — Он нахмурился. — Возможно, успела что-то разглядеть?

— Неизвестно, — вздохнула она. — Так или иначе, умерла она своей смертью, хотя… подозреваю, контакт с зеркалом имел какие-то последствия, иначе бы она прожила намного дольше. А потом везение оставило ее дочь, зятя и внуков… Я бы решила, что тварь бродила только по связям семейных зеркал, но нет ведь: сперва погиб какой-то торговец, а потом уже дочь Риалы. Могло выйти так, что Зазеркальщик выслеживал ее все эти годы?

— Наверно, — ответил Дженна Дасс, не глядя Вере в лицо. — Если на ней остался отпечаток Лирра Наля, да еще сама она была нашей крови… Он мог чуять запах, назовем это так, чтобы не изобретать на ходу новые термины. Во всяком случае, Зазеркальщик его не позабыл и, едва лишь почуяв, устремился к добыче.

— Пожалуй, так, ведь запах ее потомков был ему знаком, — кивнула Вера. — И все-таки чего-то здесь не хватает! Какой-то малости…

— Извини, ничем не могу помочь. Я знаю об этом не больше, а то и меньше твоего.

— Куда ты смотришь?

— Вон туда, — указал он и улыбнулся. — Мне кажется, Соль Вэра, нам пришла пора распрощаться…

Вера обернулась и не поверила глазам: серая пустошь преобразилась, пошла волнами. Теперь она напоминала свинцовое море, каким оно бывает в осеннюю непогоду, когда только редкие проблески солнца в разрывах туч или молнии озаряют гребни волн.

«Как будто зеркало взбесилось», — невольно подумала Вера, обнаружив, что волны в самом деле блестят, словно стеклянные.

Некогда ровная поверхность уходила из-под ног, и удержаться на них становилось все труднее. Происходи такое в реальном мире, Вера без раздумий воспользовалась бы магией, чтобы обеспечить себе нечто наподобие воздушной подушки — на ней можно было спокойно стоять хоть над пропастью, хоть посреди бушующего моря. Но здесь такой фокус не получался — все-таки очень сложно колдовать в нематериальном состоянии, даже если связь с телом не утрачена.

Не утрачена, но становится все слабее, осознала вдруг Вера.