— М-м-м… Цеви Таш, — придумала она на ходу. — И довольно называть меня госпожой! Проговоришься — отлучу от сочинения трактата, так и знай!

В конюшне нашлись свободные денники, а конюхи кинулись было взять лошадей у господ, но замерли на полушаге под недобрым взглядом Керра.

— К ним — не прикасаться, — приказал он, когда железных коней разместили и тщательно осмотрели на предмет повреждений. Таковых не было, конечно же, но следовало вести себя как подобает. — Благо кормить не надо. А вещи мы сами заберем…

Рослый конь (на него Вера могла вскарабкаться, только если ее подсаживали) выразительно грохнул тяжелым копытом в каменный пол — только звон пошел — и пустил пар из ноздрей. У него не было легких, но удержаться и не снабдить его такой функцией Вера не смогла.

— Конечно, господин, как прикажете, — пробормотал конюх и отступил.

Дорогу указал Ран. Впрочем, несложно было сориентироваться в таком поместье — все они строились по одному принципу.

— Господа… — встретил их молодой человек приятной наружности, и Керр, замерев на полушаге, отрекомендовался:

— Рами Кесс, старший императорский дознаватель. Это мои спутники — Дар Нио, Данно Йен и, — тут он выразительно поморщился, а Вера потупила взгляд, — Цеви Таш.

Он вытянул руку, и поддельная печать на массивном перстне (Вере не сложно было замаскировать кольца Гайя) ярко вспыхнула.

Это произвело должное впечатление: очевидно, никто из присутствующих не мог и помыслить о том, что подобный знак отличия могут присвоить самозванцы! Но Вера как-никак была Искрой Кометы (если переводить в привычные понятия — крестной дочерью Императора и вдобавок его дальней родственницей), а потому не опасалась сурового возмездия за свои выходки.

— С кем имею честь? — спросил Керр.

— Эдор Ланг, — отрекомендовался юноша, глядя на них с опаской.

Вера дала бы ему лет двадцать, если бы не понимала, что ему как минимум вдвое больше. Впрочем, по сравнению с Соль Вэрой он и впрямь мог считаться мальчишкой.

Видно было, что Ланг по меньшей мере удивлен вторжением чужаков, однако спорить с императорскими дознавателями, явившимися по срочному делу (а Тики наверняка доложил, на каких конях прибыли гости), было попросту опасно.

— Я внук и сын… — добавил он, но Керр перебил:

— Внук Эдора Сатта? И сын, полагаю, его старшего отпрыска? Я вижу, все семейство в сборе?

— Вовсе нет, господин Рами, — покачал головой Ланг, — мои тетушки не смогли прибыть, их сыновья тоже. Мы рассудили: чем ждать, лучше будет, если я представлю интересы кузенов.

— Каким образом вы это согласовали? — поинтересовался Керр.

Ран с Лио рассредоточились по гостиной. Здесь было еще четверо не поспешивших представиться, и Вера заняла свободное кресло рядом с симпатичной молодой женщиной. Она так встревоженно смотрела на Ланга, что можно было предположить: это его жена или сестра.

— У меня есть их распоряжения, подтвержденные мужьями, господин Рами. Зеркальная связь быстрее и проще, конечно, но, — Ланг покачал головой, — не оставляет письменных доказательств. Вдобавок у нас не осталось связных зеркал, а купить новые мы пока не… не озаботились.

— Наслышан. Скорблю о вашей утрате, — несколько запоздало произнес Керр, и присутствующие кивнули, давая понять, что заметили формулу вежливости.

«Не оставляет доказательств, надо же! — явственно читалось в глазах Лио, который не мог не вспомнить „изобретение“ Веры. — Они совсем отстали от прогресса!»

— Господа, — средних лет темноволосая женщина поднялась из кресла возле камина, — я мать Ланга и вдова Ларта, Эдор Алойя. Позволите поинтересоваться, с какой целью вы прибыли в это поместье? Императорские дознаватели не являются, когда умирает обычный человек, каким был мой свекор… Вероятно, вам известно что-то, чего не знаем мы?

— Я не вправе обсуждать это с кем бы то ни было, — отрезал Керр, и Вера невольно залюбовалась им. Нужно было сделать профиль более чеканным, тогда Гайя стал бы вовсе неотразим! Хотя он и так неплохо смотрелся. — Мы здесь, чтобы проследить за исполнением последней воли Эдора Сатта.

— Как… последней воли? — поразилась Алойя. — Но разве…

— Вот копия его завещания, заверенная Императорской канцелярией, — негромко сказал Ран, продемонстрировав футляр со свитком. — Полагаю, наследники знали, что кому причитается?

— Судя по тому, что если не все, то многие собрались здесь, — вставил Лио, — они рассчитывали решить это в поединке, не иначе.

— Отставить шутки, — зыркнул на него Керр. — Я повторю вопрос моего подчиненного, господа и дамы: вы осведомлены об условиях завещания Эдора Сатта?