Кодумаа

Стихотворения Ларисы Йоонас можно смело назвать когнитивными. Это тексты, которые живут по своим, особенным, техническим и билингвистическим законам и, кажется, не подчиняются ни времени, ни пространству, ни смерти, ни человеческим страстям. И в то же время удивительно, но в центре всего стоят такие важные для каждого понятия как Человек, Любовь, Жизнь, Смерть, Надежда или Природа. …Природа и Родина (kodumaa – эст.) занимают главное место в лирике автора и, несмотря на то, что «Tundma oma kodumaad» («Узнать свою Родину», – эст.) – единственная в сборнике прямая отсылка к эстонскому языку. Эстонию мы чувствуем осознанно или неосознанно и находим совсем иной, не такой, как она есть на страницах туристических буклетов – статичная, каменная и прохладная. В стихах Ларисы Йоонас Эстония живая, меланхоличная и немножко одинокая.

гладкие плети закатаптичек шершавая горстьне убивайте солдатаон не хозяин а гостьтолько ошибся порогомношу не ту захватилспутал кривую дорогувыбился быстро из силплещется тьма затаенностраха холодное дноплечи давно без погоновруки отмыты давноноги не держат босыепуть бесконечен к жильюне убивайте родныепросто примите в семьюесли же чем виноватыйдайте спокойно уйтине убивайте солдатаэтим его не спасти Мой странный век, живущий впопыхах,с антеннами порезов на руках —сиротское наследство восковое.Кормилица и плачет, и поет,и водку пьет, но это все пройдет.Дай различить, что тут еще живое.Как обустроить ветхое жилье?Опять тряпье, дреколье и ворье,и улица – как площадь вечевая.Выходишь утром – бьется под рукой,не заглушить ни криком, ни тоской,а молчаливым стол не накрывают.Как прорастает кожа в орденахпокойники вещают на стенах,и дурачье внимает неустанно.Помазанник, усатый и слепой,безумный голубь бьется над толпой,и сладкий дым плывет из Туркестана. Не может быть, мы что-то пропустили,когда красиво ели, тяжко пили,вповалку спали, яростно дыша.Держали время, и оно не сбилось.Чуть-чуть поистаскалось, износилось —чесотка, золотуха и парша.Мордасти-страсти, гусли расписные,и ездовые заднеприводные,наддай, судьба, поддай еще парку!Качается треска в текучем дыме,горчит еда, и водка молча стынет,и каменеют кони на скаку.Вот мальчики, готовые на завтрак,с кольцом в носу идущие на запах —отечество и поит, и палит.Туда дрова, обратно только дроги.Слепой ведет безруких и безногихи глаукомным оком шевелит. волшебное чудо-юдонепривычное среди зимыпялится с каждой страницыс наших газетных прилавковон выловлен в красном мореподвешен за влажный ротон рыба-кит рыба-щит-и-мечсерп и молот огонь и ледон почти как подводная лодканарушившая законв нейтральных водах бившаяполосатым хвостомвсе источники сходятся на одномувидев его каменелисвидетели и из этих свидетелейне вытащить больше ни словаа еще говорили тонконогий смерчходил по воде поутрупоедая холодные водыи это тоже был онодни говорили что этоозначает конец времендругие – грядет холодное летоа третьи что будет войнапрости нас странная рыбапрости нам наше невежествомы готовы верить любомупринесшему весть о знамениинам все равно что ты рыбабудь рыбой будь трижды рыбойбудь нашей рыбой надеждысделай хоть что-нибудь небо знаменьями полнолюди внизу как в огнене растворяется полночьзатвердевает во сненет инструмента разрушитьсмерзшийся кокон пустойчерной границей по сушебритвой морской налитойспит безмятежное племятихо в безумном краюангелы дремлют над темикто на учете в раюмечутся сонные птахипадает пыль с одеялкто-то проснется на плахедаже не вспомнит что спалтлеют бескровные лицазвездные тают огниспи ничего не случитсяспи моя радость усни Существует множество свидетельств.Некоторые видели своими глазами.Описания разнятся – человеческая память несовершенна.Но были и фотографии,сделанные с разных ракурсов, подробные и не очень,датированные по-разному.Некоторые еще черно-белые,но к ним доверие даже выше,как говорили специалисты.Описаны тысячи деталей,все восстановлено до мелочей.Сняты фильмы, написаны книги,каждая привнесла что-то свое.Но еще живы те, кто помнит и можетподтвердить.По крайней мере, живы те, что помняттех, которые помнили.Так что даже не сомневайтесь.Передайте потомкамчистую правду,не исказите ни единого слова! кто вышел из этой шинелитот вечный должник у зимытакие большие качелитакие ничтожные мына ветхом шестке осторожномбочком да сверчком да молчкомв посуде угрюмой порожнейистекшей густым молокомв запечье угрюмом и пряномв чулане где стынет едаза веником вытертым баннымнас всех сохранит от суданичто никогда не случитсяи точно не будет войнызажмурься сильнее – и птицыи даже они не страшны Положи мне яблок, похожих на белых мышей,А в карман – пятерку и ниткой зашей.Чуешь, воздух, как колокол, в теле гудит, как вздохну.Не хочу идти на войну.У меня пять детей от этой страны,У них сладкие пальцы, сладкие сны.Каша плавит плиту, и огонь гудит, как труба.Для кого геройская эта судьба?Я хочу мое солнце, оттаявшее поутру,Полотенце, щебечущее на ветру,Я верну все то, чего не знаю в дому.Не отдавай меня никому.