Шрифт:
Юные, сильные, здоровые… с телами, не искалеченными Подгорным Миром… Никто никогда не называл их уродами, никто не шарахался от них с отвращением и ужасом. Они бродят по складкам, словно по березовой роще! И намерены бродить так до старости, не выплачивая здешним краям черной, унизительной дани. Намерены остаться людьми…
Не выйдет. Не останутся, гильдейские молокососы. Уже сегодня станут кусками мяса.
Пролаза вздохнул: он пристрастился к человечине. Не потому, что вкус мяса так уж отличался от вкуса дичи, которую можно добыть охотой в складках. Пережевывая кусок того, что недавно было человеком, Майчели острее понимал: человек – всего лишь скотина. Животное. И не может задаваться перед ним, искалеченной тварью Подгорного Мира…
Отогнав несвоевременные мысли, пролаза продолжил наблюдать за кипящим на скале сражением. Холодно и спокойно он оценивал слаженные, дружные действия осажденных.
Вот шустрый змеепес, вскарабкавшись выше карниза, где держали оборону Охотники, прыгнул девчонке на плечи. Та пригнулась – и над нею свистнул ремень. Удар пряжки сбил хищнику прыжок, и тварь, извиваясь, полетела со скалы.
Другой змеепес сомкнул челюсти на голенище сапога белобрысого парнишки – но тут же его приятель точно и аккуратно обезглавил зверя. Тело рухнуло вниз и забилось у ног Майчели, а голова повисла на голенище, намертво стиснув зубы, – парню некогда было ее сбросить.
А вот Урр туда полез зря! Надо выждать, пока стая прикончит хотя бы одного из врагов! Но разве остановишь тупую скотину, которая чует жратву? А там, на карнизе, еще и девчонка!..
Ну вот, так Майчели и знал! Едва Урр поднял башку над карнизом, как тут же схлопотал по этой глупой башке с трех сторон. В левое ухо – сапог девчонки, в правое ухо – сапог зеленоглазого щенка. А их приятель-раб, что стоит посередке, добавил Урру по макушке ремнем. Башка у Урра крепкая, одного удара он бы и не заметил, но три сразу – это и для него оказалось многовато. Кубарем покатился вниз, даже двух змеепсов по пути сбил с кручи наземь…
И словно это было сигналом – стая разом прекратила атаку, отхлынула к подножию утеса. А когда змеепсы отступают, бесполезно их останавливать. Вот выждут немного – и снова можно бросить их в бой. Дичь никуда не убежит.
А дичь и сама понимала, что бежать ей некуда.
Измученные, теряющие надежду подростки сидели на краю каменного карниза. Внизу змеепсы пировали над трупами своих погибших собратьев.
– Нажрались, теперь долго не уйдут, – хмуро предсказал Дайру.
– Спуститься и проложить путь мечами? – предложил Нургидан, хотя и догадывался, что его не поддержат.
Дайру только хмыкнул. А Нитха сказала глухо:
– Только если кончится еда и… если совсем-совсем никакой надежды! Сколько их там?
– На нас хватит, – утешил ее Дайру. – Да еще двое пролаз…
– Достала бы я их из арбалета, – с чувством сказала Нитха, – да колчан пустой!
Дайру встал, размял ноющую правую руку.
– Сейчас опять полезут, – сказал он со злым вызовом. – И на этот раз мы отобьемся… пока еще отобьемся!
– Ой, – прозвенел сверху чистый хрустальный голосок, – до чего же вам интересно живется!
От неожиданности Нитха едва не сорвалась с карниза.
Нургидан, ощерившись, гибко вскочил на ноги.
Все трое потрясенно уставились вверх. Причем верил своим глазам только Дайру, хотя он был изумлен не меньше других.
Промоина-«лестница» обрывалась у карниза, где друзья сейчас держали оборону. Выше была отвесная гладкая скала – не вскарабкаться. Только большая глубокая выбоина, довольно высоко – не дотянешься вытянутой рукой.
И в этой выбоине боком сидела, обняв руками колени, очаровательная девочка в охотничьем «мальчишеском» наряде. Русая коса была перекинута на грудь, фиалковые глаза восхищенно глядели вниз. Девочка улыбалась так мило и приветливо, словно сидела на крылечке своего дома.
– Как ты швырял змеепсов с утеса! – Теперь она обращалась только к Дайру, тут нельзя было ошибиться. – Великолепно! Я еще тогда, помнишь, догадалась, что ты герой!
Дайру, не сводя с девочки глаз, шагнул назад – он совсем забыл, что стоит на карнизе. Нургидан, опомнившись, подхватил напарника под локоть – как бы не сорвался с утеса!
Не обратив внимания на этот дружеский жест, Дайру выдохнул единственное слово, которым сейчас была полна его душа:
– Вианни!
Нитха и Нургидан разом перевели взгляды выше, на близкую верхушку «Наконечника копья». Оттуда до самой впадины – гладкая скала! Ни выбоины, ни трещины! Не за что ухватиться, некуда поставить ногу… как же оказалась у них над головами Вианни?
А Дайру глядел только на чудесную гостью. Глядел так, словно больше никого на свете и не было.
– Ты все не приходишь и не приходишь! – обиженно сказала ему Вианни. – Я соскучилась! И сама пошла тебя искать!