Кабина батисферы погрузилась во мрак.

– Что, вы сказали, я должен сделать?

– Развернуть судно. Немедленно!!!

Капитан выглядел ошеломленным. Эта чернокожая, должно быть, просто спятила!

– Но ведь это же чистое безумие, – резко возразил он. – Вы требуете, чтобы я развернул корабль и вернулся обратно только потому, что у вас возникло какое-то смутное предчувствие? При всем уважении, мадам, я не могу этого сделать.

Элиза Молина выпрямилась и скрестила руки на груди.

– Я, разумеется, понимаю ваше состояние. – Капитан примирительно выставил перед собой ладонь. – Мне также не по себе. Эта авария потрясла меня в большей степени, чем вы можете себе представить. Ипполит Рембо был моим добрым другом на протяжении двух десятилетий. Я был еще курсантом мореходной школы, когда Ипполит уже строил самые надежные и изящные суда, какие только ходили во французских водах. И я готов был бы предпринять любые разумные шаги, чтобы спасти его, но дело в том, что я не в силах что-либо сделать. Долг обязывает меня проинформировать береговую службу и руководителей пароходства, которому принадлежит «Калипсо». И я точно знаю, как они отреагируют, если я стану медлить, больше того – разверну судно только на основании того, что у одного из пассажиров было видение. Мне бесконечно жаль, я скорблю, но…

– Господин капитан! – раздался взволнованный голос помощника штурмана.

– В чем дело?

– Там, впереди, – молодой человек указал направление. – Ведь это, как мне кажется, маяк!

Капитан нахмурился.

– Прошу меня извинить. – Оставив Элизу, он вышел на открытую часть мостика и поднес к глазам подзорную трубу. То, что он увидел, несказанно удивило опытного моряка.

– Черт бы меня побрал… да ведь это на самом деле маяк! И судя по цвету огней и частоте проблесков, это маяк Тиры. – Капитан опустил трубу. – Но ведь этого не может быть! Выходит, мы уже совершили поворот на сто восемьдесят градусов и плывем назад…

Подняв глаза, он попытался сориентироваться по звездам, но облака, затянувшие небо, скрывали знакомые созвездия. Скверное предчувствие охватило капитана.

Вернувшись в рубку, он спросил помощника штурмана:

– Как ведет себя компас?

– Это что-то невероятное… Взгляните сами.

Стрелка судового компаса металась, как бешеная. Так мог бы вести себя этот многократно проверенный и отлаженный прибор, если бы магнитные полюса Земли то и дело менялись местами.

– Что-то случилось? – Темнокожая женщина бесшумно приблизилась и теперь стояла позади капитана.

– Понятия не имею, что происходит. Сначала этот маяк, теперь неполадки с компасом. Пока не выяснится, в чем дело, следует остановить машины. Риск нарваться на рифы слишком велик.

– Нет! Не делайте этого! – воскликнула женщина. – У меня возникло странное чувство: мне чудится, в прошлом я уже переживала подобное.

Капитан пренебрежительно отмахнулся.

– И что же, по-вашему, я должен делать? Посадить корабль на скалы?

– Здесь нет скал, – проговорила женщина. – И этот свет – вовсе не огонь маяка на Тире. Немедленно дайте полный ход – нам нужно как можно скорее убираться отсюда!

Капитан тряхнул головой.

– Только что вы требовали, чтобы я развернул судно, теперь вы настаиваете, чтобы я шел прежним курсом. Не соблаговолите ли, сударыня, как-нибудь определиться!

– Объяснения потребуют слишком много времени, – вспылила Элиза. – Я отвечаю за свои слова! Дайте полный ход и поскорее уводите корабль из опасной зоны!

– Мадам, вы хотите, чтобы я двигался дальше? Что с вашими глазами? Впереди маяк, расположенный на острове. Не могу же я выброситься вместе с «Калипсо» на берег!

– Это не маяк! – отчаянно закричала Элиза. – У нас остаются считанные минуты до того, как нас атакуют. Неужели Рембо ничего не рассказывал вам об обстоятельствах гибели кораблей компании Никомедесов в этом районе?

– Он упоминал какие-то басни о морских чудовищах, но я, честно говоря, не воспринял это всерьез. В тот вечер мы выпили лишку за ужином, и…

– То, что вам было сказано, сознательно преуменьшено. Обитающее в этих водах неизвестное существо имитирует маяки, чтобы ввести мореплавателей в заблуждение. Я знаю, что звучит это в высшей степени невероятно, однако это чистая правда, клянусь вам!

Терпение капитана лопнуло. Он рывком перевел рычаг машинного телеграфа сначала на «полный назад», а затем вернул его в положение «стоп машина».

Звонок из машинного отделения подтвердил, что его приказания приняты к исполнению. Судовая турбина начала сбрасывать обороты.

– Что вы делаете?

– Стопорю машину, что же еще.

– Вы разве не слышали того, что я говорю?

– Ни при каких обстоятельствах я не вправе вести корабль вслепую, не зная, где мы находимся и что это за маяк.