Наконец то, после долгих скитаний и долгого пути я снова увидел свой дом. Я увидел Центраполис. Я был поражён... Мой город изменился... мой город стал другим...

От прежней жемчужины Земли осталась только лишь жалкая тень былой красоты и величия. Столица человечества стала похожа на сплошное, безжизненное кладбище, зажатое где-то там между пустыней и океаном. Вокруг царила разруха и опустошение. Сверкающие шпили небоскрёбов, когда-то уходившие под самые облака, теперь превратились в грязные, серые обломки, между которыми, словно чуждые паразиты, виднелись уродливые здания недавно построенные фаталоками.

Мой город умер... Мой город теперь издали напоминал гигантский, ядовитый гриб с больной, загнивающей ножкой и чёрной шляпкой из светозащитного купола. На мои глаза навернулись слёзы. Похоже, весь мой путь был напрасен. Внутри этого гриба всё равно не могло больше находиться ничего живого. Я хотел уже было развернуться и поскорей бежать прочь от этого гиблого места, но в последний момент я вдруг снова услышал голос. Голос звал меня. Я прислушался и вскоре вместе с ним я услышал голоса сотен тысяч других людей. Сколько в них было боли и отчаянья. Целая армия несчастных и обездоленных рабов, по прежнему, обитала среди этих развалин, даже уже и не надеясь на своё освобождение.

Я прибавил шаг. Я чувствовал огромную ответственность за все эти судьбы. Вот он - мой дом. Я жив... Я вернулся... Подождите ещё чуть-чуть. Я уже спешу к вам на помощь.

Виктор Морган.

Солнечная Система. Планета Земля. Центраполис. То же время.

Знакомые стены Беверли Хиллз встретили Виктора непривычной пустотой и безмолвием. Внутри было мрачно и жутко. Это когда-то крупное селение как будто вымерло и только, изредка мелькающие в темноте крысы, остались, похоже, единственными обитателями прежней столицы нижнего города.

Тревожные опасения закрадывались в душу. Словно призрак, в одиночестве долго бродил он по подземному цирку, среди перевёрнутых скамеек и пепелищ давно потухших костров, в смутной надежде встретить хоть кого-то из своих прежних друзей и знакомых. Никто не отзывался на его зов. Виктор уже было совсем отчаялся, но тут, где-то совсем недалеко от него, неожиданно послышался чей то тихий и слабый голос:

– Ты всё-таки вернулся...

Обернувшись, он увидел человека, крепко прикованного к стене тяжёлыми, железными цепями. Это был Грин; худой, измученный, бледный и весь покрытый синяками и ранами. Словно покойник, он стоял на одном месте и неподвижно смотрел в пустоту бесцветными и впавшими глазами.

– Как ты здесь оказался? Где все остальные? Где Фиона?

– Никого больше нет... Уходи и ты отсюда, пока можешь. Это ловушка...

Взгляд Виктора тотчас метнулся в сторону, но его глаза, за пол года скитаний порядком отвыкшие от полумрака Подземного Центраполиса, не успели вовремя заметить подозрительного движения в противоположной части цирковой арены. Лишь после того как ему в лицо вдруг "ударил" свет мощного прожектора, он обнаружил, что со всех сторон окружён десятками вооружённых хамелеонов. Почти бесшумно, словно стая каких то огромных, подземных насекомых, они неторопливо двигались вперёд, постепенно сжимая кольцо вокруг своего пленника. Когда они, наконец, остановились, вдали послышался тяжёлые и неторопливые шаги чьих то металлических ног по гладкому бетону. Затем послышался голос. Это был странный голос, который, как будто, принадлежал одновременно и человеку и бездушной, электронной машине.

– Тебе больше некуда бежать, друг мой.

Странное, двухметровое существо, почти целиком состоящее из фаталокской техноплоти, словно возникло прямо из темноты и, подойдя вплотную к Виктору, внезапно замерло на одном месте. Затем, словно упиваясь своей победой, оно раскинуло в стороны руки и, подняв вверх голову, громко и протяжно рассмеялось.

– И всё-таки справедливость пока ещё существует в этом мире. Спустя шесть лет, величайший преступник Центраполиса наконец то пойман, причём, на месте своего самого первого преступления.

– Кто ты?..

– Ах да, похоже, я совсем забыл представиться. Когда-то Беверли Хиллз был моим селением, но затем пришёл ты, мерзавец и заставил меня покинуть мой дом и мою общину.

– Проповедник О'Жей?

Сделав шаг назад, Виктор поднял голову и в изумлении, ещё раз посмотрел на этого странного механического монстра с неподвижным взглядом и бледным, восковым лицом.

– Он самый. Впрочем, теперь я уже другой. Я стал чем-то, что уже гораздо больше чем просто человек. Я бог...

– Жаль, что я не прикончил тебя, когда у меня была такая возможность.

– Что поделаешь, вы люди слишком часто совершаете ошибки о которых затем приходится так горько сожалеть. Меня удивляет ваше животное племя, а больше всего меня удивляешь ты... "герой". Неужели ты пол года назад так ловко разыграл собственную смерть, только для того, чтобы затем снова вернуться в этот умирающий город. Глупый дикарь... ты мог бы остаток своих дней спокойно пасти овец где-нибудь в горах, но вместо этого ты имел смелость нахально заявиться сюда, в самый центр фаталокских владений на этой планете. Что тобой движет, безумец? Неужели ты готов отдать собственную жизнь только ради толпы этих бестолковых и никчемных рабов?