Глава 4

– Госпожа вставайте, - настойчиво будили Кати, - пора завтракать и скоро будет суд, а потом придет портной по вашему приказу.

Кати охнула и сунула голову под подушку.

– Суд?
– она совсем забыла, и вскочив с кровати нервно произнесла: - Подай мне костюм тот из темно-синего бархата с юбкой из замши, рубашку и жилет, а также высокие сапоги. Завтракать я не стану, кусок в горло не лезет.

Наскоро умывшись, Кати заплела волосы в косу, и оделась.

– Вы пойдете в этом? – удивилась Грэтта.

– А что в этом будет не прилично?

Грэтта закивала.

– Но платьев то у меня нет еще, а только костюмы.

Ничего... леди Кассии не посмеют что-либо сказать.

– Грэтта, где состоится суд?

– На дворе замка.

– Проводи меня туда.

– Да госпожа.

Как только они ступили во двор Кати остановилась как вкопанная. Она так и стояла столбом, раскрыв рот. Глупо, конечно. Но что поделаешь если раньше она никогда ничего подобного не видела. Огромный мощенный камнем двор, зажатый со всех сторон высокими крепостными стенами, был запружен народом. Жизнь на Лантари кипела, и всем его обитателям было чем заняться. Если не на конюшне, то на кухне, если не в погребе, то на плацу. По всей стене была расставлена стража, чьи темные плащи полоскал ветер. Пахло смолой и горящим торфом, лошадьми и собаками.

Кати крутанулась вокруг своей оси. А замок... замок был ... прекрасным. Другого слова она подобрать не могла, как ни пыталась. Сторожевые башни возносились к самому небу, царапая мелкой, как рыбья чешуя, черепицей легкие облака. Узкие полотнища стягов трепетали на ветру. Более всего в этот миг Кати жаждала оказаться на стене, увидеть крепость и окрестности, убедиться в том, что все происходит в реальности, и что это не сон, а явь.

– Госпожа… - поторопила ее Грэтта, и Кати, озираясь по сторонам пошла за служанкой, которая вела ее через двор, потом завернула за угол, и они прошли через маленькую арку, а там девушка увидала небольшую площадь, на которой возвышался постамент с четырьмя высокими креслами, где восседал лорд, его жена, Орсия и еще одно место пустовало. Видимо это ее место, - решила Кати, а вокруг площади на скамьях восседали люди. У нее все похолодело внутри, но она решительно направилась на свое место не замечая косых, неодобрительных взглядов. Взгляд Орсии и лорда Орансо не предвещал ничего хорошего, когда они окинули ее внешний вид, а на Альса, который стоял чуть в стороне она и вовсе не смотрела.

Она боялась. Если бы знали, как Кати боялась, когда столько пар глаз были устремлены на нее. Она держалась прямо как натянутая тетива лука и кивнув родственникам села на высокое деревянное кресло, вцепившись в подлокотники, и смотрела, как двое стражников выводят, вернее тащат мужчину, закованного в кандалы. Кати пришла в ужас от одного его вида, весь в лохмотьях, волосы спутаны, худой. Пленника подвели к постаменту и двое стражников остались стоять возле него. Мужчина поднял голову, и на изнеможенном худом лице живые оставались только его глаза, которые горели ненавистным огнем и смотрели они только на Кати. Вокруг стояла мертвая тишина.

Лорд Орансо мрачно окинул взглядом всех присутствующих и взмахнул рукой, чтобы начали судить пленника. Кати заметила, как Орсия закрыла глаза.

– Верши свой суд, - мрачно проговорил лорд Орансо, обращаясь к Кати, даже не поворачивая к ней головы. Кати так и прилипла к своему месту не в силах пошевелиться.

Боже ты мой! С чего начинать-то? – с ужасом подумала девушка, и тут раздался громкий голос стражника, - граф де Райн обвиняется в покушении на убийство леди Кассии Лантарской госпожи острова Лантари, и сегодня по ее приказу состоится суд, и после приговора, который вынесет леди Кассия, будет проведена казнь.

И снова все смотрят на Кати.

Я этого не выдержу, - чуть не заплакала девушка и невольно посмотрела в сторону, где стоял Альс, словно ища почему-то у него поддержки, но он смотрел на своего друга и кулаки его были крепко сжаты, он стоял прямо словно скала, ветер развевал его волосы на ветру.

Кати приняла решение, шумно вздохнув, встала со своего места и направилась к пленнику. Люди зашептались и заерзали на своих местах.

– Что она делает? – услышала Кати возглас Орсии, но даже не оглянувшись подошла к пленнику и встала напротив него, правда не приближаясь близко. Рядом с ней оказался Альс. Кати даже не повернула головы, а все ее внимание приковал пленник.

– Граф де Райн, - произнесла Кати, - если я вас помилую, вы обещаете больше не пытаться меня убить?

– Нет, - твердо произнес пленник, пристально глядя в глаза девушке.

Кати почему-то ожидала именно такого ответа и улыбнулась. Альс сощурил глаза, а Райн недоуменно посмотрел на своего друга.

Кати отошла от мужчин, и выйдя в центр площади повернулась к людям напряженно сидевших на своих местах и следивших за ее действиями, и громко произнесла, чтобы ее все слышали:

– Как вы все знаете, со мной произошел несчастный случай на охоте, где моя лошадь скинула меня с седла, и я получила травму. Несколько дней я провела в постели выздоравливая. Я много размышляла над своей жизнью и над теми поступками, что я совершала. Получив травму, я многое не могу вспомнить и поэтому хочу начать жизнь с чистого листа. Я помилую графа де Райна, и он волен покинуть наш остров или служить и дальше моему отцу лорду Орансо, как и раньше верой и правдой. Так же всех пленников, которые находятся в подземелье по моему приказу отпустить и помиловать. – Кати замолчала и не глядя ни на кого развернулась и покинула под оглушающую тишину площадь.

Только когда она завернула в арку, где ее никто не мог увидеть, Кати услышала громкий гул голосов. Дальше Кати не стала прислушиваться, а вернулась в свои покои, села на кровать и разрыдалась как маленькая девочка. Не могла она поступить иначе. Она не сможет быть Кассией. Кати специально так сказала о потере памяти и что хочет начать жизнь с чистого листа, для того, чтобы потихоньку становится самой собой и люди перестали бы удивляться переменам леди Кассии.

***

Дверь распахнулась, и в ее покои словно влетел Альс. Закрыв дверь на задвижку, чтобы их никто не беспокоил, мужчина увидел рыдающую девушку.