Показалось, что куда-то сбежали лампочки с потолка, и мгновенно потемнело, потом кто-то украл паркет, и я начала проваливаться в гудящую бездну. А потом меня начало затягивать в невидимый водоворот, как бывало иногда после трех бокалов вина, и я опустилась на колени, чтобы мир перестал вращаться. Судорожно сжала телефон в руке — нет, номер в таком состоянии не наберу, но вот убить свою личную галлюцинацию… напоследок… может, со второго раза получится…

Под согревающий душу крик я все-таки провалилась в ждущую темноту.

Бесспорно, сегодня самое оригинальное предложение о замужестве из всех, что я получала!

Судя по тому, что упала я на спину, а болело лицо, в себя я пришла отнюдь не после первой пощечины.

— Ну, как ты? — взволнованный голос Катерины я узнала, а вот склонилось надо мной непонятно что, обмотанное в рыжий платок, и в черных очках на половину лица.

— Пластмассовые? — поразилась я, потянув за дужку очков.

— Подсунули гады, — со вздохом пожаловалась Катерина.

Я покрутила очки, рассматривая и так и этак, но лучше они от этого не становились. Может, если примерить… Утонув в кромешной тьме, поспешила вернуть очки подруге.

— Какой была закупочная цена?

Подруга озвучила, и я от услышанной суммы точно упала бы, если бы уже не лежала.

— Да им цена рубль пачка! — возмущение придало сил, и я начала подниматься с пола.

— Не спорю, — подруга снова надела очки. — Но выбора нет. Фирма-продавец на звонки не отвечает, на прежнем месте их уже нет, так что… нужно это как-то продать.

— А какая партия?

— Н-у-у… — протянула подруга, и я поняла, что дела совсем плохи. — Цена была привлекательной, особенно для меня, я ведь человек творческий, и только начинаю вариться в бизнесе… Двести штук!

— Не хочу тебя расстраивать, но, кажется, ты уже сварилась. Кто их купит? Пластмассовые, что вредно для глаз, огромные, что уже не модно, и плюс ко всему, в них ничего не видно. Вообще ничего!

— Не преувеличивай. Если смотреть прямо на солнце… И если надеть яркий платок… можно создать некий образ… некий… такой… — она с тяжелым вздохом стянула с головы безобразный платок, освободив длинные светлые волосы, сняла очки, позволив карим глазам снова увидеть мир в красках, и бодро прошла мимо меня в направлении кухни. — Ты открыла бутылку вина или мартини еще остался?

Посмотрев по сторонам и не заметив никого лохматого и зеленого, я подняла с пола свой мобильный и направилась следом за подругой. Кажется, у воскресного вечера еще есть шанс исправиться.

— А ты чего на полу разлеглась? — Катерина по-хозяйски достала себе бокал для мартини, на мой посмотрела укоризненно, но обновила; нарезала сыр, не забыла о шоколадке и села напротив меня на плетеный из лозы табурет. Посмотрела с подозрением. — Твоего бывшего еще можно вернуть?

— Да кому он сдался?!

— Кому-то сдался. Но нам, наверное, нужнее?

— Я не беременна, если ты на это намекаешь.

— А что тогда в коридоре было?

И только я собралась честно признаться, что у меня начались, но слава Богу, закончились галлюцинации, как заметила стоящего в дверях кухни зеленого человечка. Прямо за спиной Катерины. И за время, что мы не виделись, улыбочка его стала еще гаже.

Вздохнув, я поднялась и достала третий бокал.

— Уговорила Лилю подняться к нам? — восхитилась Катерина.

— Я ей не звонила.

— А кому… — она проследила за моим взглядом, и так и застыла, ошарашено рассматривая гостя.

Я поставила бокал на стол, поближе к бутылке мартини, но подруга намека не заметила.

— Вот, — сев на табурет, я кивнула на человечка и сама налила ему мартини, — приблудился, пока тебя не было. У меня, говорит, к вам интересное предложение, от которого вы не сможете отказаться…

— Так и сказал?

— Почти слово в слово, — посмотрела на человечка, может, что уточнит? Но он был занят: с широко раскрытыми глазами рассматривал декольте Катерины. — Эй, — окликнула его, — тебе бокал на пол поставить или пролетаешься до стола?

Теперь на меня посмотрели оба, и человечек, и Катерина, и если первый подозрительно помалкивал, только пыхтел, подруга шок в себе удерживать не собиралась.

— Ты… налила ему?!

— Не волнуйся, у нас с тобой еще бутылка вина останется.

— Ты правда налила ему?! И думаешь, он будет это пить?!

— А что с «этим» не так? Мартини как мартини.

— Да, мартини как мартини, ничего особенного. Ты могла бы купить и получше, помнишь, то, с бульбашками? Но… — Она обвинительно ткнула пальцем в человечка. — Это ведь животное!