Он подошёл к окну, стал на колени и заглянул в щель.

– Там она, там, - прошамкал старичок, засовывая руку в щель.

Достать кобру из её убежища оказалось не так-то просто. Засучив рукава, мы часа два распутывали кольца змеи и вытаскивали её оттуда сантиметр за сантиметром. Змея отчаянно сопротивлялась, шипела, вырывалась. Ей не хотелось расставаться с удобным прохладным местом. Но наш неистовый натиск победил, и кобра, уставшая от борьбы, словно плеть. повисла в моих руках.

Старичок на прощание пожал наши вымазанные мелом и пылью руки, а старушка, вздохнув, сказала:

– Мы думали - приживётся, а она не ест... Довольные, мы вернулись в институт и первым делом решили накормить свою беззубую беглянку.

Я бесцеремонно взял её за шею и открыл пасть. И вдруг у меня задрожали руки и всё тело покрылось испариной: в широко открытой темнеющей пасти блестели два крошечных смертоносных зуба.

Мой друг, искренне возмущённый, разразился бранью в адрес обманщиков факиров. Оказывается, они удалили змее ядовитые зубы два месяца назад, а не перед самым её путешествием, как утверждали. А у кобры есть запасные зубы, которые со временем заменяют удалённые.