Альхор бросил взгляд на Виту, что сидела на диване. Он стоял около окна и крутил заколку. Почему-то это простое действие завораживало и нервировало.

— Как ты на них вышел? — спросил Игорь.

— По своим каналам. Поднял старые связи. Да и не скрывались они особо. Считают, что уже выиграли этот бой. Натаскали машинок из старых лабораторий. Видели когда-нибудь ребенка с гранатой? Незабываемое зрелище. У нас в городе, где я родился, мальчуганы откопали целый ящик. Быстро сообразили, что они взрывают здания. Начали играться. В воду кидали. И тут увидели в руках трехлетки такую гранату. Честно, испугались все. Не знали, что он сделает, кинет ее в нас или сам подорвется. Так и с «революционерами». Дурости много и «гранат» много.

— А что с ребенком стало? — спросила Вита.

— Все обошлось. — ответил Альхор. — Тогда отобрали эту опасную игрушку. Нам тоже надо сделать с воинствующими ирлитами. То, что они предлагают — это гражданская война.

— Тогда я своих ребят собираю. Ждать и тянуть смысла нет. — сказал Игорь.

— Нет. Если все сделаем громко, то поднимем ненужную шумиху. Всю вину на иров свалят, что мы такие плохие довели бедных баб до ручки. Там кстати, почти одни бабы и руководят. Пьяные и фанатичные. Почти человеческий облик утратившие.

— Алкоголь помогает притупить эту зависимость. — ответила Вита.

— И помогает слететь окончательно с катушек. — хмыкнул Альхор. — Игорь, ты со своими ребятами лучше отправляйся к администрации. Еще надо открыть ворота и пропустить моих ребят. Я по-тихому разберусь с революционерами. Пусть будет, что бабы решили напиться тайком и траванулись из-за некачественного алкоголя. Объясним такое количество смертей, заодно другим будет наука, чтоб всякий суррогат не пили.

— Дарью надо убрать на какое-то время. Она наши идеи не поддержит. И терять ее мне не хочется.

— Дарья — человек боевой и упрямый. — согласился Альхор. — Я ее усыплю на два дня.

— Хорошая идея. Заодно отдохнет. — согласился Игорь.

— Но ее надо снять с должности. Своего человека поставим. — Альхор убрал свою заколку. — Твою подругу усыплять надо, чтоб не путалась под ногами?

— Может понадобиться. — покачал головой Игорь.

— Как знаешь. Тогда, за работу.

Опять серые тучи и противный ветер. Сырые ботинки натерли ноги. Но Вита не жаловалась. Она торопливо шла, стараясь не отстать от Игоря. Он велел ей сидеть в машине и никуда не уходить. Дальше события развивались быстро и путанно. Она не могла понять их план. Только отдельные фразы и приказы. Общая картинка не складывалась, а иры понимали друг друга с полуслова, как будто все давно обговорено и не раз. Она начинала понимать, что имел введу Игорь, когда говорил, что один ир может легко совершить переворот. А несколько иров так и подавно. Они продумывали все на несколько шагов вперед. Учитывали детали и мелочи, о которых Вита бы и не задумалась. И быстрая работа, сложенной командой.

Каторжники были в городе уже к десяти часам дням. Оборванные, злые. Люди прятались по домам.

Никому в здравом уме не приходило с ними заговаривать. Вита сразу вспомнила про Риту. Она надеялась, что той хватит ума сидеть дома. Игорь ушел. Они брали штурмом администрацию. Сразу стало холодно и тускло. И мысли походили на густой кисель. На какое-то время Вита выпала из реальности.

Твари. Она чувствовала их. Они шли на город в большом количестве. Тут никакие стены не спасут. Иры волновались. Переглядывались. Они выиграли и проиграли. Администрация взята за час, но город падет, не выдержав напора.

Состояние стены плохое. Есть слабые места. Люди стали садиться по машинам. Нужно было ехать принимать последний бой. Последний бой. Город-ловушка. Из него не выбраться. Откуда столько тварей? И Пса нет. Она не может посоветоваться.

Тучи стали расходиться. Выглянуло солнце. Как она соскучилась по этому солнцу и траве. Вита вышла из машины. Неподалеку стоял Альхор, рассматривая заколку.

— Они какой-то прибор откопали. Он притягивает тварей со всей округи. — сказал он. — Пытался его отключить, но не получилось. В итоге сломал, но твари уже идут. Какие у тебя глаза не горят.

— К этому можно привыкнуть. Ко всему можно привыкнуть. — тихо ответила Вита.

Сквер. Зеленый уголок в сером городе. Несколько деревьев с жухлой травкой. Она сняла мокрые ботинки и ступила босыми ногами на перенасыщенную влагой почву. Под ногами хлюпало. Но так приятно было ощущать землю между пальцами. Мягкие травинки щекотали ноги. Лучи солнца отражались в лужах и каплях, наполняя окружающий мир волшебством. А за стеной сейчас будет кровавый бой. Люди будут погибать. Иры, ирлиты, простые чистокровные. Тварям нет разницы, кого сожрать. Вита села под деревом. Пусть, что сыро. Какая разница, когда это уже неважно. А что в этом мире важно? Пес важен. Он стоит на тропинке и смотрит на нее. Спокойный, холодный взгляд. Сладкий чай и галеты, большая ладонь, которая может защитить и убить. Пес со скрипучим голосом, похожим на не смазанные петли и когтями, что могут убить тварь, разорвав ее. Смогла бы она к нему привыкнуть? Наверное. Человек ведь ко всему привыкает. Он часто ей это говорил. Только ведь это не проверить. Больше не проверить.

— Опять нарушила приказ. — он подошел к ней и сел рядом. Ему тоже плевать на влагу и грязь. Сколько лет он провел вот так по колено в грязи? Много. Десятилетия. Она столько еще не жила.

— Солнце вышло. Люблю солнце, и не люблю подвалы.

— Надо было дождаться меня. — он царапнул ее щеку. Кровь. Специально так сделал. Теперь останется шрам. Плевать. Неважно. Вита подставила лицо солнцу.

— Хорошо, что оно вышло. И серость ушла. Теперь все должно быть хорошо. — Вита улыбнулась. — Как думаешь, почему мы с тобой встретились?