В 1385 году до н. э. – годовщину празднования 5-го года восшествия на престол Аменхотепа III-го – в находившейся выше второго Нильского порога стране Куш произошло очередное сражение и разгром мятежников царя Ихени. Египтяне, среди которых было много завербованных жителей Нижней Нубии, убили там 312 человек и взяли ещё 740 пленных.

После наказания жителей окрестных областей, и с целью предотвращения дальнейших случаев неповиновения, фараон отправился дальше на юг в сторону Пунта, один из пунктов которого оказался самым южным в его продвижении на юг. Водрузив свою пограничную плиту у неких «вод Хора», чего, якобы, не сделал никто из его предшественников, и собрав большое количество золота в этой стране, он возвратился в Египет.

Этот «первый победоносный поход» Аменхотепа III-го стал единственным, в котором он участвовал.

Да и руководил походом, не он сам, а его «Царский сын Куша» Меримое, почтенно писавший о причине похода:

– «Пятый год царствования, в день 2-ой третьего месяца наводнения.

Появление Его Величества Хора: сильного быка, чьё появление истинно; Двух Владычиц, кто устанавливает законы и умиротворяет обе Земли; Царя Верхнего и Нижнего Египта: Небмаатра – наследника Ра, Сына Ра: Аменхотепа, правителя Фив, любимца Амона-Ра, царя богов, и Хнума, повелителя нильских порогов, дающего жизнь.

Один вестник пришел, чтобы сказать Его Величеству: «Один из павших правителей презренной земли Куш готовит восстание в своём сердце».

А затем о его победоносном завершении:

– «Его Величество достиг победы в своей первой победной кампании!».

– «Его Величество, как взмах крыла сокола, как Монту /бог войны в Фивах/ в своем преобразовании, настиг врагов – хвастуна Ихени в окружении своего войска. Не знал тот льва, что был перед ним. Это Небмаатра /Аменхотеп III-ий/ – лев ужасный, который схватил когтем презренный Куш, разорвав в их долинах всех вождей его, лежащих в крови один на другом».

Во времена Нового Царства, в начале правлении Аменхотепа III-го, Египет достиг апогея своего военного могущества и процветания, став гегемоном Восточного и Юго-Восточного Средиземноморья.

Его владения теперь простирались от верховьев Евфрата на севере до четвёртого порога Нила на юге.

И не только мелкие царьки Сирии и Палестины, но и цари Вавилона, Митанни и Кипра заискивали перед ним, даря фараону дорогие подарки.

Аменхотеп III-ий занимался и большим храмовым строительством.

При нём, в этот период великой эпохи Фив, были сооружены роскошный храм бога Амона-Ра в Луксоре.

А его заупокойный храм с огромными статуями фараона Аменхотепа III-го – колонами, «колоссами Мемнона», названными так в честь легендарного героя эфиопа, символизировал величие Египта и его нового правителя.

Это сооружение по своему величию и эмоциональному воздействию на подданных превосходило, построенное им же огромное здание – «лабиринт» в Файюме. Аменхотеп III-ий позже был похоронен здесь с подобающими почестями, а его гробница стала самой большой из всех, которые возводились когда-либо для египетских царей.

Захват египетскими фараонами большой добычи во время завоевательных походов в Передней Азии и в Нубии привёл к необычайному обогащению рабовладельческой аристократии.

Особенно обогатилось высшее фиванское жречество, которому египетские фараоны передавали не только земли, но и драгоценности, золото, различного рода имущество, множество рабов, обширные земли и многие другие ценности.

Доставалось всем богам, но больше всего храму Амона в Карнаке.

Но блестящее положение страны оказалось непрочным.

Чем больше походов совершали фараоны, чем больше даров посылали ему побеждённые народы, тем богаче, а, следовательно, и сильнее становились те, кто хотел править… самими фараонами!

Жреческое сословие своей ролью в государстве всё больше ущемляло самодержавную власть фараона.

Выдвижение и превозношение культа Амона привело к созданию в лице его жречества своеобразного государства в государстве, что, без сомнения, умаляло претензии фараона на ничем не ограниченную власть.

Именно эти могущественные владыки, своими деяниями давно возвысившие маленький городок Фивы до уровня столицы, а местного бога Амона – до ранга общеегипетского, сами всё чаще обращались к древнему богу, которого почитали по всей стране – к богу Солнца Ра.

По традиции цари и фараоны считались его сыновьями.

И хоть фиванские жрецы пытались ассоциировать Амона с Ра, называя своего бога Амон-Ра, всё же Ра был значительнее.

Каждый фараон в своём тронном имени, согласно египетской традиции, подчёркивал свою близость к богу Солнца. Так, например, ещё фараон Тутмос IV-ый звал себя как «Царь, рождённый Ра», а теперь и его сын фараон Аменхотеп III-ий звался как «Избранный Ра».