АЛЕКСЕЙ. И какая здесь мораль?

НИКОЛАЙ. Не знаю. Это к Насте.

НАСТЯ. Никакой морали, просто история о природе человека.

АЛЕКСЕЙ. Вы понимаете, Настя, нам нужна мораль. Ясная, позитивная, чтобы ее можно было использовать как руководство к действию.

НИКОЛАЙ. Согласен.

НАСТЯ. Это не ко мне.

АЛЕКСЕЙ. Так вы аморальный человек, Настенька? Я вас обожаю.

Возвращается Александр.

АЛЕКСАНДР. Еле поднялся. Пока лифт запустят, я сдохну. Нет ее нигде. Вообще на улице пустота. Даже собак никто не выгуливает.

АЛЕКСЕЙ. Ну, посиди, теперь, слава богу, есть где. Водочки с бутербродиком?

АЛЕКСАНДР. Давай!

Выпивают.

АЛЕКСЕЙ. Ну что, аморальная Настька, потанцуем.

НИКОЛАЙ. А не надо больше танцевать. Давайте телевизор посмотрим. А то новый год пропустим. Немного осталось.

АЛЕКСЕЙ. А как же общение?

НАСТЯ. Потом пообщаемся, а сейчас, действительно, давайте, посмотрим телевизор. А то все танцуем, танцуем.

АЛЕКСАНДР. Ладно, будем смотреть телевизор.

АЛЕКСЕЙ. Как скажете.

НИКОЛАЙ. Ну слава богу.

Александр ищет пульт от телевизора, садится в кресло, наливает себе еще водки, выпивает, нажимает кнопку пульта, в доме гаснет свет.

АЛЕКСАНДР. Опять пробки выбило, Алексей, посмотри счетчик, он в подъезде.

НИКОЛАЙ. Не надо все лампы включать одновременно. Плюс холодильник.

АЛЕКСАНДР. Сегодня же праздник.

Алексей выходит в подъезд. Щелчок и свет зажигается. Александр Сергеевич сидит в кресле, откинув назад голову.

АЛЕКСЕЙ. Сергеич, ты что заснул? Вот это нервная система у человека. Просыпайся, свет дали.

НИКОЛАЙ. Вставайте, Александр Сергеевич.

АЛЕКСЕЙ. Ну, ты что? Умер что ли? Расстроился из-за Дарьи? Вставай, соня!

У Александра Сергеевича из рук выпадает рюмка. Настя подходит к Александру Сергеевичу, прикладывает ухо к груди.

НАСТЯ. Сердце не бьется. Боже мой!

АЛЕКСЕЙ. Может, это и был его сюрприз? Он же что-то говорил о сюрпризе. А сейчас вскачет и будет опять танцевать. А потом опять за мандаринами. Неугомонный.

НАСТЯ. Не знаю. Не думаю.

АЛЕКСЕЙ. А было бы здорово.

НАСТЯ. Он умер.

НИКОЛАЙ. Всем надо успокоиться.

Настя, Алексей и Николай внимательно рассматривают Александра Сергеевича, но он не поднимается.

НАСТЯ. Боже мой, какая нелепая смерть.

АЛЕКСЕЙ. Все-таки умер. Вот это новый год.

НИКОЛАЙ. У меня один раз так было. Карточку потерял.

АЛЕКСЕЙ. Какую карточку?

НИКОЛАЙ. Банковскую. На свой день рождения.

(пауза)

НИКОЛАЙ. Ладно. Жить как-то надо. Помянем Сергеича. Земля ему пухом. С новым годом тебя там, Саша, на небесах. Пьем не чокаясь? Так что ли? В новогоднюю ночь? Это у меня впервые.

НАСТЯ. Надо звонить в скорую, может, еще можно что-то исправить.

АЛЕКСЕЙ. Не знаю. Звони, если хочешь. Я бы не стал. Зачем людей тревожить? Все равно ничего не исправить.

Настя набирает номер, на том конце провода не берут.

НАСТЯ. Никто не берет.

АЛЕКСЕЙ. Конечно, кто захочет в новогоднюю ночь работать?

НИКОЛАЙ. Отчего же он мог умереть? Только что танцевал, и нате. Я думаю, что это сердечный приступ. А не надо было так много танцевать. Сердце не выдержало. Попробуй, каждый день пешком на двадцатый этаж. Я б, наверное, уже давно умер.

АЛЕКСЕЙ. Вот так живешь, живешь и конец. А у меня еще и детей нет. И дома своего нет. Дерево посадил, на всякий случай, на субботнике, можно сказать, по принуждению.

НАСТЯ. (в трубку). У нас тут человеку плохо... Очень плохо... Не знаем... Лет тридцать пять.. Да, да. Адрес - улица Искусственная, 35 и квартира 35. И лет 35. Да. Не ошибка. Просто совпадение. Звонок не работает. Так заходите.

НИКОЛАЙ. Этот новый год нам запомнится надолго. Надо вынеести из него уроки.

АЛЕКСЕЙ. А я вообще-то есть хочу. Может, утку попробуем, которую Настя принесла.

НИКОЛАЙ. Я не против.

НАСТЯ. И мне тоже дайте.

В дверь стучат, условный стук.

НАСТЯ. Кто это может быть? Стучат, как надо.

АЛЕКСЕЙ. Очевидно, что это не скорая помощь.

НИКОЛАЙ. Я открою.

Появляется Стриптизерша в наряде снегурочки с магнитофоном в руке.