Не ожидавший сопротивления человек в шлеме поспешил отступить обратно на улицу, где стрельба уже прекратилась. Виноградов хотел побежать за ним следом, но не смог — оказывается, ему в ногу лопала пуля, но в суматохе боя он этого не заметил.

На улице трое нападавших бросились к своему грузовику, но оказалось, что ехать на нем нельзя — прострелена шина.

Тогда человек в мотоциклетном шлеме выскочил на проезжую часть прямо перед проезжавшей мимо легковушкой. Ее водитель инстинктивно нажал на тормоз, и в следующую секунду убийца застрелил его и вышвырнул труп из еще не остановившейся машины.

На этой «тачке» мстители доехали до того места, где по плану предполагалось бросить грузовик — естественно, угнанный незадолго до операции. Обидней всего было то, что пришлось оставить рядом с клубом гранатомет. Но в этом была и положительная сторона — отпала необходимость перетаскивать оружие из грузовика в свой микроавтобус, рискуя попасться на глаза случайным свидетелям. Да и взрывать они, вроде, никого больше не собирались. Остался еще хозяин «Марии Целесты» Темный, но его можно прикончить и из пистолета.

И все-таки гранатомета было жалко.

Теоретически ему полагалось еще предыдущей зимой уйти на Кавказ. В Москву его доставили люди из фирмы «Интеррейс» вместе с партией другого оружия, а дальше это оружие должны были везти машинами фирмы «Глория Мунди Транзит». Но исполнитель при активной помощи организатора устроил так, что этот гранатомет остался в Москве. Кому-то пришлось заплатить деньги, кого-то обмануть, с кем-то пришлось объясняться и даже не без жертв — именно с приобретения оружия мстители начали череду убийств, — но в конечном счете гранатомет достался им значительно дешевле, чем если бы они покупали его на черном рынке.

А теперь они его потеряли. Но зато почти завершили свою миссию…

А тем временем в разгромленном клубе девушка, исполнявшая «любительский стриптиз» и рухнувшая на пол сразу после взрыва, оказалась совсем рядом с раненым Виноградовым. Он зажимал левой рукой перебитую голень, а в правой по-прежнему держал пистолет. Девушка приблизилась к нему и спросила:

— Ты ранен? Тебе помочь?

И, не дожидаясь ответа, разорвала скатерть с ближайшего стола и стала накладывать жгут, поскольку кровь лилась обильно.

— Брось ты эту мороку, — простонал Юра, пытаясь улыбнуться. — Знаешь, какое самое лучшее лекарство для мужчин? Поцелуй красивой женщины.

Только теперь девушка вспомнила, что на ней ничего нет, и улыбнулась чуточку смущенно.

— Ну, раз у тебя такие мысли, значит, жить будешь, — сказала она, умело затягивая жгут. А потом все-таки поцеловала раненого в губы, убедив его в том, что невинные глаза лгут и она отнюдь не такая неискушенная девочка, какой кажется.

— Здорово! — воскликнул Юра, когда их губы разъединились, и потерял сознание, улыбаясь уже по-настоящему.

Наверное, всем людям на свете доводилось слышать и произносить одни и те же слова, знаменующие собою внезапное узнавание:

— Так ведь это же… — и далее имя человека или название предмета, который узнан.

Именно эти слова произнесла Марина Волколакова, когда в гостях у знакомого продавца видеокассет увидела предпоследнее послание похитителей Яны Ружевич — то, где главарь в ярости избивает пленницу бичом.

Последнее послание — где девушку клеймят раскаленным железом — начальник криминальной милиции Короленко упрятал в свой сейф, запретив делать копии, и поэтому оно не попало на видеорынок. Но и предыдущей видеозаписи оказалось достаточно, чтобы Марина Волколакова вскочила с места и вскричала:

— Так ведь это же…

Она испугалась своей догадки и не закончила фразы. Продавец видеокассет — кстати, тот же самый, чей разговор про Толика Гусева подслушал Олег Коваль — ничего не смог от нее добиться, как ни старался. Но Марина была его давней подругой — не пытать же ее в конце концов.

Ничего особенного Марина не открыла — то, что она обнаружила в этой видеозаписи, давно было известно, например, Толику Гусеву. Причем Толику догадаться было куда сложнее — он ведь в студии Марика Калганова никогда не бывал и знал ее только по фильмам и рассказам очевидцев. Все коммерческие дела Толик вел с Калгановым на городской квартире Марика.

А Марина Волколакова на этой студии бывала неоднократно — ведь Марик регулярно снимал ее в своих фильмах. Марина считалась местной порнозвездой.

Правда, Марик всегда был исключительно осторожен. Очень немногие знали его фамилию и настоящее имя — Максим. Представляясь новым знакомым, Калганов всегда говорил, что его зовут Марк. Марк Киплинг — так он именовал себя в титрах своих фильмов.

Актеров он возил к себе на студию с завязанными глазами, порой подряжая для этого друга своего Эдика Костальского с его такси.