ЧАСТЬ 1

Глава 1.

В иллюминаторы адмиральского салона крейсера "Дмитрий Донской" светило солнце, освещая заваленный исписанными бумагами стол. За которым сидел и быстро писал контр-адмирал Андрей Андреевич Вирениус, командир отдельного отряда кораблей для Тихоокеанского флота. Руки буквально сами быстро чертили схему нового корабля, когда в двери постучали.

– Да, войдите, - не отрываясь от листка, произнёс адмирал.

– Ваше превосходительство, вы просили зайти, - в проёме показался командир крейсера капитан первого ранга Добротворский. За его спиной стоял корабельный священник.

– Да, проходите, Леонид Фёдорович и отец Пётр, - проговорил адмирал, отложив в сторону листок с чертежом, - И давайте без чинов. Вопрос необычный и весьма странный. Вестой чаю.

Капитан Добротворский окинул взглядом листы с эскизами весьма необычных кораблей и присел на стул. Напротив, него, на другой стул, опустился отец Пётр. И дождавшись, когда вестовой внесёт чай, а потом выйдет адмирал неожиданно произнёс:

– Хочу спросить прямо, Леонид Фёдорович, отец Пётр вы люди верующие? Без обид, по крайней мере, с сегодняшней ночи у меня нет сомнения в существовании высших сил. И вопрос очень непростой. Не спрашивайте, откуда я это знаю. Но буквально сегодня, вы отец Пётр сможете либо опровергнуть меня, либо подтвердить мои слова.

Адмирал тяжело вздохнул и продолжил:

– Сегодня, в Киево-Печерской лавре, к настоятелю обратиться, матрос Феодор Катанский, участник обороны Севастополя, который придёт из Бессарабии. Что бы рассказать о видении, явлении ему во сне Богородицы. Которая сама лично и поведала матросу, что вскоре Россию ожидает тяжёлая война, приказав изготовить явленный образ и отправить икону в Порт-Артур, обещая победу, помощь и покровительство в сражениях. Если образ утвердится в стенах города. В видении Святая Дева стояла на берегу залива, держа в руках плат, с сиреневой каемкой, на коим, было изображение лика Спасителя. Хитон богородицы был синей, верхнее одеяние - коричневым. Ногами Богородица попирала обнаженные и обоюдоострые отточенные, сломанные мечи, а над её головой ангелы в облаках держали царскую корону. Эту корону, венчала другая корона, образованная перекрещивающими радугами и крестом наверху. С правой стороны над ликом Богородицы находился Михаил, держащий хоругвь. А слева Гавриил держащий белые цветы. Выше Пресвятой Девы были облака, на которых восседал сам господь Бог, с серафимами подле него. А над господом Богом сияла надпись: "Да будет едино стадо и един Пастырь". Позади девы Марии на берегу, в тумане, был виден горящий город. Его-то и осеняла Пресвятая Дева изображением лика Христа. И было явленно, что если эта икона окажется в храме Порт-Артура, то Россия восторжествует над Японией, а русское воинство получит победу.

– Ваше превосходительство, но откуда, это же невозможно, - ошарашенно произнёс Добротворский и посмотрел на осенявшего себя крестным знамением священника.

– Леонид Фёдорович, я же просил без чинов, - спокойно произнёс адмирал, - Я думаю, отец Пётр, сегодня снесётся с настоятелем лавры и даст ответ, что произошло со мной. Но если это правда, то я перекрещусь в Порт-Артуре перед этой иконой. Ибо получил слишком тяжёлый груз от высших сил. И я надеюсь, вы Леонид Фёдорович, распорядитесь, дабы отцу Петру предоставили катер.

Добротворский кивнул, соглашаясь:

– Хорошо, Андрей Андреевич. Я предоставлю отче катер, для поездки в город.

– И ещё Леонид Фёдорович, я бы хотел, попросит вас, отпустить мичмана фон Гернета, с командой матросов в Киев. Вот приказ мичману доставить икону в Порт-Артур. С разрешением, вплоть до применения силы. Дайте ему в помощь унтера и трёх матросов, порасторопнее.

– Но...
– Добротворский, уже совладавший с собой, высказал сомнение, - А вдруг вы, ваше превосходительство, все же не правы, и мы будем выглядеть глупо.

– Леонид Фёдорович, вы снова, я же просил, без чинов, - мягко пожурил адмирал, командира корабля, - Вот получит ответ, отец Пётр, от настоятеля лавры, так и решите, направить команду или подождать. Договорились, Леонид Фёдорович?

Капитан Добротворский, соглашаясь, кивнул, но тут в беседу вступил священник:

– А что ещё за видения были сын мой?

– Я бы не сказал отче, что это были ведения, - адмирал нахмурился, - В отличие от Феодора, богоматерь мне не явилась. Это скорее знания. Откровения. Откровения высшего порядка. Например, я знаю, где находиться ещё одна икона. Которая будет явлена в годину тяжелейших испытаний. Но не будем отче торопить события. Возможно, всё пойдёт по-другому, и та икона будет явлена иначе. И не будем вмешиваться, в божественное. Провидцев никто не любит. Они мешают жить.

Адмирал улыбнулся и продолжил:

– Думаю, отче вам не терпится удостовериться в моих словах? А то нам, с Леонид Фёдоровичем, есть о чём поговорить. О мирском.

Священник кивнул, степенно встал и, осенив оставшихся крестным знамением произнёс:

– Да, сын мой, ты прав пойду я, но вижу мне необходимо побороть смятение в твоей душе. Так что мы ещё вернёмся к твоей душе, сын мой. Дабы поговорить о ней и данном тобой обете. Не отказываешься от него сын мой?

– Нет, отче, нет. Слишком большие сомнения возникли, в моей вере.

– Я буду ждать в корабельной церкви, сын мой.

– Хорошо отче, я приду, - адмирал достал из ящика стола золотой червонец и положил его на стол, - Жертвую на икону.

Священник взял монету и вышел. Проводив его взглядом, капитан Добротворский произнёс:

– Война будет, Андрей Андреевич?

Адмирал вздохнул:

– Да вы и сами знаете Леонид Фёдорович. Вот только не такая, как предполагают под шпицем. И нам обязательно надо будет с боем прорваться в Порт-Артур.