из тьмы, мглы беспардонно

подползшая змея,

веревкой обернулась,

а пояском была,

с упавшего - вон - стула

на воздух подняла.

А поясок к хозяйке

вернется, принесу,

как пёс какой - давай-ка

за службу ласку всю...

20.

Я, почему встревожен, -

по делу твоему

допрошен, строго спрошен,

чуть не сведен в тюрьму.

Сумбурной, мятой, краткой

записки нет - Ищу,

всё спутано, всё шатко,

что было - не решу -

он спьяну или сдуру

судим своим судом -

или на верхотуру

был замертво крюком

приподнят - майна, вира -

висит - туда-сюда

качается - квартира

в разоре и следах,

но как их простофиле

найти, растолковать...

Что это - мусор или...

Я лезу под кровать.

21.

Нет, пусть лучше менты самоубийством

считают происшедшее. Их скудный

потертый разум, если станет тут

искать, ловить, то кто пойдёт под суд,

ты или я? мы вместе?
– справедливость

какая может быть от этих серых

самодовольных тварей. Лучше так -

бумаги подписали, автозак

пустой уехал, мы с тобой остались

кто где. Мы на суде не повстречались.

22.

А он поэтом был. В его словах

тоска такая помещалась, жуть

последняя, предсмертная. Куда

тот делся вертопрах, кто эпиграммы

строчил тебе, послания ко мне,

кто слишком был умен и не хотел

отставить ум на время, кто писал

блистательно, острО и не умел

унять свой буйный дар. Начать с листа

попроще и похуже. Ты ему

преподала урок, который нужен

поэту, был невыносим мужчине,

достался юноше, которого в помине

уж нет давно. Тому назад лет двадцать

скандально мы успели распрощаться.

23.

С тех пор он изменился, похудел,

обвисла кожа возле кадыка,

впитался в кожу запах алкоголя -

аскезы чистой страшные уроки

претерпевает плоть, к небытию

дух приучаясь, обретает свойства

мучительные, праздные, ничем,

нисколько не оправданные. Павел

чуть-чуть не дотянулся, не достиг

всамделишных высот. Ну да, не гений,

но сколько можно в нашем поколенье.

24.

Я не любил стихи его. Дух чистый,

безблагодатный в них витал, слагался

в советский, стиль стесняющийся низких

навыказ чувств, служилый, слог унылый,

чуть-чуть морализирующий плелся,

платился долг, был без изъяна звук

и я не понимал, зачем всё нужно,

без бесовщины, наглости и лжи,

какая тут поэзия?
–

Скажи,

теперь в аду, в раю, в пределах света

или постылой тьмы тебе, поэту,

не трудно ль переучивать язык?

Иль ботает там всяк, как здесь привык.

25.

Мы продолжали с ним общаться, я

сдавал его лечится - бесполезно,

платил его долги - как в прорву деньги

кидал, носил продукты, он почти

не ел. Я выполнял постылый долг,

мне каждый раз был как серпом по яйцам

идти к нему.

Так нынешний Сальери

прислуживает Моцарту по мере

возможности - и травит только тем,

что в магазинах продают со скидкой.

Так прожили мы, лучшие губя

дни, двадцать лет в отсутствии тебя.

Но вот всё изменилось...

26.

Он рассказал, как повстречались вы,

он рассказал несчастный инцидент,

печальный случай - пробежь пешехода

по серому ледку проезжей части,

нелепый взлёт обеих ног, паденье

едва ль не роковое.
– Паша, ты,

да сколько лет прошло , ты как живой?

здоровый? Потряси-ка головой.