– У нас нет другого выхода, – ответил он, снимая с шеи цепочку. – Просто спрячь ее как следует и забудь… до тех пор, пока за ней не приду я или кто-то по моему поручению.

Я взглянула на замысловатую безделушку, оказавшуюся вовсе не безделушкой, а чем-то очень важным и очень странным… И куда прикажете ее спрятать?

Наверно, последний вопрос я задала вслух, потому что алий искоса взглянул на меня и произнес:

– Берта держала ее в тайнике под подоконником.

– В первый раз о нем слышу, – призналась я.

Он в два шага оказался возле узкого высокого окна, провел рукой под самой рамой, куда-то нажал… Что-то тихонько щелкнуло, и один из камней на подоконнике повернулся, открывая небольшую нишу. Бабушка никогда не показывала мне этот тайник!

– Итак, – негромко произнес его великолепие, – ты согласна?

– А у меня есть выбор? – усмехнулась я, и он убрал вещицу в нишу. – Согласна. Только… если, как вы говорите, за этой вещью придет кто-то по вашему поручению, как я узнаю, что посланник – именно от вас? Вы же с меня шкуру живьем сдерете, если вдруг что окажется не так!

– Вот это кольцо. – Алий вытянул левую руку, чтобы я могла полюбоваться перстнем в виде замысловато переплетенных ветвей и лесных цветов. Работа тончайшая, но до той вещицы ей было далеко. – Узнаешь его?

– Да, господин Ирранкэ, – ответила я. И впрямь, как не узнать, вещь очень приметная! – Только кто сказал, что кольцо нельзя снять с убитого? И вы, часом, не забыли, что вас здесь отравить пытались?

Я сообразила, что говорю с его великолепием в совершенно недопустимом тоне, и осеклась. Однако алий, казалось, и не заметил дерзости.

– Ты права, – сказал он, несколько помрачнев. – Кольцо не подойдет. Вот что… расскажи мне что-нибудь, о чем, кроме тебя, не знает никто. И не будет знать – кроме меня и того, кого я пошлю к тебе. Тоже не лучший вариант, любой пароль можно узнать под пыткой… но для этого надо знать, что он есть, этот пароль.

– Никто не знает, кроме меня… – Я огляделась, пытаясь вспомнить что-нибудь подходящее. – Господин Ирранкэ, я вам уже как-то рассказывала вот про это зеркало. Подойдет? Откуда оно, знала только моя бабушка, ну и та, что подарила ей зеркало. Только та дама давно уж уехала в дальние края и, говорят, совсем выжила из ума…

– За неимением лучшего, – вздохнул он, – и это подойдет. И вот еще что… Ты вправе требовать награды за свою услугу.

– Хотелось бы знать, – сказала я, поразмыслив, – кто в нашем замке может догадываться о существовании этой вещи? Ведь кто-то же пытался вас убить! Из-за нее или нет – как знать?

– Мне бы тоже хотелось знать, кто это был. – Алий растянул губы в холодной усмешке. – Но не думаю, что кто-то из местных. Подозреваю, за мной следили от самого нашего княжества… и на обратном пути. Кто бы это ни оказался, он уверен, что эта вещь все еще у меня. Это не значит, что ты можешь быть беспечной, но и бояться каждой тени не стоит.

– И на том спасибо, – вздохнула я и, спохватившись, добавила: – Господин Ирранкэ…

– Я рассчитываю на твою честность, – сказал он, открывая дверь.

– Доброй ночи, – произнесла я ему в спину. А что еще я могла сказать?

И опять я не спала ночью… Теперь мне не давало покоя вот что: если бабушка хранила эту вещь в тайнике, о котором не знала даже я, то как она оказалась на подзеркальнике? Почему она лежала совершенно открыто, так что моя мать смогла ее увидеть и взять в руки? Может, к бабушке явился кто-то из законных владельцев? Осмотрел эту вещицу, а потом бабушка просто не успела ее спрятать, и… Но я точно помнила: никакие алии в те дни в замке не появлялись. Правда, посланцем мог быть и человек, хотя это маловероятно!

И почему бабушка вдруг умерла? Она ведь была еще вовсе не старой, а выглядела намного моложе своих лет, да и здоровьем обладала завидным, у иных женщин вдвое моложе ее такого не сыщешь! Правда, припомнила я, в последние дни она как-то погрустнела и осунулась, а на мои вопросы не отвечала, говорила лишь, что все с ней в полном порядке… Может быть, существовала какая-то связь между ее смертью и доверенной ей на хранение вещью? Как теперь узнаешь? И алия не спросишь, так он и расскажет, жди… Да он и сам, поди, не знает!

«Ох и в темную же историю ты угодила, Марион Трай!» – сказала я себе перед тем, как ненадолго забыться сном.

На следующий день навалились обычные заботы, так что я и думать позабыла о таинственной вещице, спрятанной в моей комнате. Не вспоминала я о ней до самого вечера, когда меня неожиданно потребовал к себе герцог.

– Добрый вечер, ваша светлость, – поприветствовала я нашего нового правителя.

– И ты здравствуй, – кивнул мне герцог. – Проходи, проходи, разговор у нас с тобой будет долгий…