Как далеко сможет зайти женщина, зная, что мужчина позволит ей абсолютно все… с другими…?
Она – не испытывала удовольствие от секса. Он – всю жизнь любил только ее.
Их брак был счастлив, но не приносил полного удовлетворения. Чтобы помочь ей, он разрешает осуществить тайные сексуальные желания, переступить через запреты, принятые нормы общества. Но вот путь ли это к взаимному счастью или ящик Пандоры?
Осторожно: в книге присутствуют откровенные эротические сцены.
Глава 1
Оля стояла в коридоре у открытого окна, а мимо нее стремительным нескончаемым потоком проносились деревья и кусты. Они мелькали так близко, что казалось, еще немного – и ветки начнут хлестать и по стеклам, и по ее лицу.
– Пашка, иди скорее ко мне! Сейчас последний раз море увидим!
Поезд, словно услышав Олю, пронзительно загудел, радостно вздрогнул всем своим длинным составом, ускорился и вылетел на высокий обрыв. Ряд деревьев оборвался, и перед нами во всем своем великолепии выметнулось море. Догоняя нас, из плена деревьев вырвалось солнце и стремительно понеслось над водой. Яркие лучи стайкой растревоженных блестящих чаек заплескались в стеклах окон вагона и на белоснежной Олиной блузке. Вид на море завораживал. Казалось, что к глазам приложили огромный охватывающий весь мир калейдоскоп, переливающийся внизу всеми оттенками зеленого, а наверху – всеми оттенками голубого. Ослепительной белизны облако поймало солнце, и теперь они, чуть касаясь друг друга, неподвижно висели в небе. И стоило лишь краешком глаза взглянуть на солнце, как тут же гигантский калейдоскоп переворачивался и вспыхивал всеми оттенками желтого и красного. В прозрачной дымке у самого горизонта, словно вырезанные из детской картинки, стояли на рейде белые крохотные кораблики. Зеленый перламутр воды окаймляла золотая цепочка пляжей. Еще ближе в оазисах зелени тонули маленькие белые домики.
– Город, в котором исполняются мечты и рождаются желания, – вздохнула Оля. – Я тебя люблю, и мы обязательно вернемся к тебе снова. Правда ведь, Паш?
Я обнял Олю за талию и зарылся лицом в пахнущее свежестью и шампунем пушистое облако.
– Правда, Оленька. Не зря же мы вчера в море монетки кидали.
Оля согласно кивнула, и мягкая шелковистая волна погладила мое лицо.
– Какое же последнее желание возникло у тебя в этом городе? – шепнул я в розовое полупрозрачное на просвет ушко.
Ямочка на щеке Оли показала, что вопрос она услышала.
– Пашка, ты будешь смеяться, – грива Олиных волос отрицательно качнулась.
– Не буду смеяться, – я легонько толкнул Олю в мягкую упругость. – Оль, ну расскажи, какое желание у тебя возникло уже в этом городе, и которое мы не успели осуществить.
– Правда не будешь смеяться?
Я преданно закивал головой.
– Мне хочется обнаженной в волейбол на пляже поиграть.
Я не удержался и рассмеялся.
Оля больно шлепнула меня по руке.
– Ведь обещал не смеяться. Не буду я с тобой больше моими мечтами и желаниями делиться, раз ты такой вредный. А я ведь еще хотела рассказать тебе, о чем мне сегодня утром мечталось. Теперь не буду!
– Прости, Оленька, но я же столько раз предлагал тебе и позагорать голышом, и в волейбол поиграть, а ты все стеснялась.
– Тогда – стеснялась, – рука Оли снова легла на мою руку, прощая меня – а сейчас, когда это уже невозможно – знаешь, как хочется? Сейчас я бы уже смогла.
– А мне знаешь как хотелось посмотреть, как ты загораешь и в волейбол голенькая играешь? – начал я подлизываться к Оле.
Оля мне ничего не ответила, но по ее расслабленности, по тому, как она уютно прислонилась ко мне, я понял, что она уже не сердится.
– Ну, Оля, – заканючил я, поглаживая языком мочку ее ушка, – ну, пожалуйста. Я больше не буду.
– Паш, ну это даже не мечта. Это такая фантазия или может быть даже греза… и даже так нельзя назвать. Просто картинка.
– Ну, Оля, – опять умоляюще затянул я, – поманила, а теперь отказываешься. Так нечестно. Я же уже попросил прощения.
– Представляешь, Паш, – мечтательно начала Оля, – пляж – и все обнажены. В обеих командах все игроки – ребята и только одна девочка, и эта девочка – я. Мячик улетает за пределы площадки, и я бегу за ним. Вся такая вспотевшая, бурно дышащая. Бегу легко и изящно, весело подпрыгивая, а солнышко отражается в капельках пота на моем теле.
– Солнце лучиками пляшет на твоей красивой попке, – дополнил я нарисованную картину.
Оля оглянулась и признательно улыбнулась мне.
– Да, солнце лучиками пляшет на моей упругой попке, а я чувствую на ней взгляды игроков и зрителей. Я останавливаюсь возле мячика и медленно наклоняюсь за ним. Заметь, Пашка, наклоняюсь не сгибая ноги в коленях. Нагибаюсь так, чтобы они все увидели, какая я красивая и стройная. Очень красиво наклоняюсь, не сгибаясь, а наоборот, прогибаясь в талии. А когда поднимаю мячик, прижимаю его к животу и разворачиваюсь, то купаюсь в волнах восхищения и восторга множества глаз, просто ласкающих мое тело. Раскрасневшаяся и смущенная вниманием, я бегу назад, высоко подняв мячик над головой. Над головой я его держу, чтобы все видели, как пляшут яблочки моих грудей. А они просто плавятся, прыгая из стороны в сторону в попытке увернуться от взглядов, смущенные, как и я. Я подбегаю, вся порозовевшая и взволнованная, высоко подпрыгиваю, красиво прогибаюсь в воздухе и сильно ударяю мяч. Мяч как из катапульты летит и вонзается в площадку противника. И никто не может его достать! Не может достать еще и потому, что вся команда противника не может отвести от меня глаз. А это ведь завершающий игру мяч! Мы выиграли! И мы вскидываем вверх руки, начинаем прыгать, орать и праздновать победу! Мальчишки подбегают ко мне, начинают прыгать рядом со мной, целовать и обнимать меня. Я тоже прыгаю и ору, счастливо поеживаясь от касания пытающихся благодарно прикоснуться ко мне тел и губ. Губ, с восторгом целующих мои губы, щечки, грудь, спину. Я отвечаю на поцелуи, смеюсь, вырываюсь и снова радостно прыгаю. «Мы победили!»-ору я. Меня подхватывают на руки и начинают качать. Я летаю в воздухе и радостно визжу, а меня подкидывают все выше и выше! Мои партнеры восхищенно кричат, что я чемпионка, а противники и зрители аплодируют мне, отдавая дань моему мастерству и моей красоте! И тут…
Оля развернулась ко мне и предостерегающе посмотрела на меня:
– Вот только посмей засмеяться!
Убедившись, что я весь во внимании и совсем не собираюсь смеяться, мечтательно зажмурилась.
– Следующая картинка. Радость наша столь велика, что мы не можем удержаться на ногах. Мы валимся на песок, орем, обнимаемся, катаемся и целуемся. У нас уже куча мала, меня обнимают и дружески тискают, все тянутся ко мне, все хотят коснуться меня, погладить, поцеловать и поздравить с победой!
Вместо того чтобы рассмеяться, я коснулся губами ее ресничек.
– Или вот еще. Ребята меня на руках несут в море. А я вся в песке, ведь я была вспотевшая, и песок прилип ко мне, когда мы катались по пляжу – продолжает Оля, не открывая глаз. – Зрители переговариваются между собой: «Это праздник Нептуна? Королеву выбрали? Да, она королева побережья! Какая красивая в этом году королева!» И вот мы уже в море. Мы снова радуемся, прыгаем и брызгаемся друг на дружку! Ребята из моей команды, перебивая друг дружку, наперебой вспоминают эпизоды игры, причем особенно восхищаются теми, которые выиграла я. Они восхищенно подпрыгивают, благодарят меня, смывают с меня песок и тут же целуют меня. Просто толкаются, чтобы добраться до меня и поцеловаться со мной. А самые смелые и восторженные целуют мою попку, спину, и грудь. А я настолько счастлива, что разрешаю им даже это. Я стою, вскинув руки над головой, улыбаюсь и поеживаюсь от поцелуев.