– Так мы доедем туда или нет? – спросил Шамрай.

Пузырь снова вздохнул и в очередной раз пожевал пухлыми губами.

– Держитесь вот так. – Он указал прямо перед собой.

Потом подумал и вытащил из планшета собственную карту, армейскую километровку. Повернулся к «Шкоде», разложил карту на капоте. Шамрай и Гриша склонились над ней с двух сторон. Толстый палец старшего лейтенанта ткнул в какую-то точку.

– Мы здесь, – пояснил Пузырь. – Вот это – Народичи, туда – на Овруч. Значит, вам надо сюда. – Палец пополз по карте. – Километров двадцать по асфальту, потом поворот направо, на грунтовку. Она ничего, нормальная, пока еще не раскисла.

– Проедем? – с опаской спросил Гриша.

– Да проедешь, проедешь. Короче, дальше вам сюда. – Палец снова заскользил по карте. – Еще один поворот, на Боровое. Но вы не поворачивайте, езжайте прямо и скоро увидите такой себе съезд влево. Дорога узкая, зато ведет точно в Подлесное.

– И сколько отсюда?

– Да километров… Смотря как ехать… Может, сорок, а может, и полсотни наберется, где-то так.

Пузырь свернул карту и убрал в планшет. Взглянул на Шамрая.

– Может, все-таки скажете, что вы там забыли?

– Пусть теща газету читает, – подмигнул Шамрай. – А вот лучше скажите: мы первые Полесное ищем или еще кто-нибудь спрашивал?

Пузырь пожал плечами, ответ прозвучал загадочно:

– Кому надо – тот сам дорогу знает.

– И кому надо?

– Езжайте уже, – отмахнулся старший лейтенант и отвернулся, направляясь к своему посту.

– Погодите, еще минутку! – Виктор устремился за ним.

Пузырь остановился, всем своим видом показывая, как его утомили всякие бездельники.

– Ну?

– Всего один вопрос… Вы ведь давно на этом участке работаете?

– Давно, – ограничился кратким ответом милиционер.

– А не слышали – люди там и в самом деле пропадали? Никто в розыск не подавал?

– Что значит – «пропадали»? – Пузырь снова подозрительно уставился на Шамрая. – Куда это они пропадали?

– Никуда. Ну, допустим, поехал человек в том направлении – и не вернулся.

– Люди повсюду исчезают, – философски заметил Пузырь. – Каждый день кто-то кого-то разыскивает. И редко находит. Если ищете конкретного человека – так и скажите. Только не надо выдумывать всякую чепуху…

– Да никого мы не ищем! – поспешно воскликнул Шамрай. – У нас все на месте, слава богу. Это я так, к разговору…

– Вот и не надо этих дурных разговоров! – отрезал милиционер. – Езжайте уже по своим делам. Сочиняйте очередную фигню.

За спиной у Шамрая квакнул клаксон: Гриша торопил – в самом деле, пора ехать.

Ясное дело: они заблудились.

Ненадолго и не то чтобы окончательно – просто сбились с дороги. Или водитель проспал очередной поворот, или свернул не туда, или объяснения старшего лейтенанта Пузыря были поняты неверно – так или иначе, но пришлось малость покататься по разбитым мокрым проселкам. Гриша, конечно же, перемазал машину по самую крышу и теперь клял все и всех подряд. Шамрая беспокоило другое: в тот момент он уже не мог точно определить, где они находятся – в Народичском районе или все-таки в Овручском.

В конце концов он перестал ломать голову и решил все списать на собственный топографический кретинизм. А заодно и на аномальные свойства местности: дескать, сама эта проклятая территория сбивает путника с толку.

Наконец впереди замаячила серая покосившаяся хата, и Гриша выкрикнул:

– Да вот же оно! Только если мы, Витя, и на этот раз не туда заехали, пошло оно все на фиг! И ты с ним заодно!

– Ты это к чему?

– А к тому, блин! Все равно здесь нигде ничего не написано – Подлесное это или нет. И спросить не у кого. Село явно конченое, люди здесь точно уже лет десять как не живут. Работайте здесь.

Будто подтверждая его слова, машина тут же остановилась.

Двигатель работал, но, сколько Гриша ни газовал, «Шкода» и не думала трогаться с места, словно приклеенная к земле. Заглушив мотор, Гриша, матерясь, выбрался на свежий влажный воздух, наклонился, заглянул под днище и снова выругался.

Шамрай, а вслед за ним и фотограф Жора тоже вышли из машины – взглянуть, что случилось. Ничего особенного и сверхъестественного: оба передних колеса засели в неглубокой, но цепкой канаве, наполненной мутной водой, перемешанной с грязью. Ехали они небыстро и влететь с разгона в эту не смертельную, однако малоприятную ловушку не могли. Но если бы Гриша, наоборот, гнал на полную, это препятствие они наверняка смогли бы проскочить с ходу.

Водитель в сердцах пнул ногой колесо.

– Толкать придется, тракторов тут не водится. – Он сплюнул под ноги.

– Толкнем, не переживай, – успокоил его Шамрай. – Ночевать тут не будем. Час, от силы полтора – и вперед, на Житомир. Выберешься отсюда?

Водитель не ответил. Отступил на шаг, критически оглядел машину.

– Так что, поедем когда-нибудь, капитан? – снова спросил Виктор.

– Ага, разъездишься с такими дорогами, – огрызнулся, ни к кому конкретно не обращаясь, Гриша, после чего полез под сиденье, вытащил большую чистую тряпку и, оторвав лоскут, принялся яростно драить капот, стирая грязные брызги.