Шрифт:
– Ты что творишь?
– голос Бельфедора значительно понизился. – Ты забыл? Мы двадцать лет назад договорились, - протянул он прищурившись, - каждый живёт своей жизнью.
– Извини, Бельфедор…
– В этом мире меня зовут Сергей Геннадьевич Бефель и я профессор в этом учебном заведении. И хватит преследовать меня!
Дэрик безмятежно посмотрел ему в глаза и настойчивым голосом попросил:
– Прошу тебя! Открой портал!
– Ты что?.. – возмущённо возразил Бельфедор. – Даже не думай!
– Ты же друид, и только тебе под силу прочесть заклинание!
Бельфедор задумчиво огляделся по сторонам и убедившись, что рядом никого нет, спокойным голосом объяснил:
– Увы, уже не могу! Сорвав печать забвения, я истратил магическую силу. Теперь всё, - развёл он руки в стороны, – А ты прекрасно знаешь, здесь нет магии и мне не восстановить утраченную силу. Благодари Амдира, - и Бельфедор с усталым видом закатил глаза.
– А как же искра? Я помню, ты говорил про восстанавливающую энергию.
– Говорил, - утвердительно ответил он, – было две сферы, осталась одна.
– А где вторая?
– Двадцать лет назад приходил Герион, и мне пришлось отдать ему искру.
– Зачем она нужна ему? – усмехнулся Дэрик, – Он же не друид.
– Он больше, чем друид, - в поникших глазах сверкнула былая ярость, - Он король! Ему под силу прочесть заклинание, в его жилах течёт кровь Энерта.
– А раньше не мог сказать? – холодным, пронзительным взглядом заглянул он в глаза Бельфедору. – Почему до сих пор молчал?
– Ступай-ка лучше домой! Так будет лучше для всех.
Коснувшись плечами, они разошлись. Дэрик, опустошённый услышанным, не спеша направился к выходу. Бельфедор молча облокотился на подоконник и задумчиво скрестил руки на груди.
Покинув друида Дэрик направился на встречу с дочерью. Устремив зоркий взгляд в засвеченное огнями ночного города небо, он пытался разглядеть звёзды. Их завораживающий холодный блеск напоминал ему закованных в мифриловые доспехи эльфийских воинов, в своё время защищавших Салампик. Спустившись в подземку, он растворился в толпе.
Услышав за спиной голос дочери, Дэрик поспешно затушил окурок и незаметно выбросил его в урну. Спустившись по ступеням и приобняв Милину с отцовской нежностью он ласково прошептал:
– Привет, еще раз.
Уловив запах сигарет, Милина с нескрываемой обидой в голосе произнесла:
– Снова куришь, ты же обещал?
– Знаю, вредная привычка, но она сильнее меня, – ответил он бдительной дочери. И достав из куртки пачку, демонстративно смял её. – Это была моя последняя сигарета! Понимаю, ты заботишься о моём здоровье, стараешься как лучше. Но ты же знаешь, - с самоиронией добавил, - что мы всё равно бессмертные!
– Бессмертные? – манерно рассмеялась Милина. – Ты забыл уточнить папа, что бессмертные мы только для людей.
– Да, в этом ты абсолютна права! – согласился Дэрик и внимательно посмотрел на дочь.
– И не только в этом, – утвердительным тоном произнесла эльфийка. Вот ты постоянно печёшься обо мне, как о маленькой, даже порой чересчур. Больше не хочу жить лишь грезами об Эльфигории! Боюсь, она потеряна для эльфов навсегда. Теперь наша основная задача приспособиться, - и с досадой прошептала, - Ты же понимаешь, Энтэмариус не позволит нам вернуться! Устремив взгляд в одну точку, вдумчиво подбирая каждое слово, она уверено договорила, - Пойми, нависшая тень слишком сильно вцепилась острыми когтями в Салампик. Ты же помнишь побег?
Дэрик многозначительно вздохнул.
– Герион, Бельфедор, ты и я, - продолжила Милина, прикусив нижнюю губу, - Мы открыли портал в этот мир. И в своих снах я часто вижу злостное лицо Энтэмариуса, - глаза её заискрились ненавистью.
– Нельзя так, - ответил решительно Дэрик. – Мы обязаны вырвать Эльфигорию из когтей чудовища! А пока повторюсь - принимай зелье, как и раньше. Точно в срок!
Милина посмотрела на отца, но ничего не ответила. По её отзывчивому взгляду Дэрик понял, что она выполнит его просьбу.
– Кстати, не спросил. Как твои дела на работе?
– Всё отлично! Ты же знаешь, я обожаю танцы. Это моя жизнь! – твёрдо ответила Милина.
– Да… помню еще маленькой девчушкой ты воображала себя великой танцовщицей. Ходила, приплясывала, то там, то сям, – озвучил вслух приятное воспоминание Дэрик.
– Да, вот такая я у тебя! Артистка! – рассмеявшись, произнесла Милина и прижалась к груди отца. Поправив непослушную челку и взглянув на часы, она торопливо проговорила, - Ой, совсем с тобой заболталась. У меня же сегодня выступление. Всё пап, убегаю. Пока.