– Ну что ж, будем считать, что размялись, - резюмировал в итоге Смирнов, взмахом руки предлагая мне перестать растопыривать ноги и перейти к более важному, по его мнению, делу.
– А теперь глянем, как ты падать умеешь.

– Падать?

– Да, падать, - старлей усмехнулся и для начала продемонстрировал обыкновенный кувырок через голову. Потом то же самое, но в обратную сторону. После чего попросил Кривошапкина швырнуть его на пол подсечкой, а затем, не останавливаясь, бросить через бедро.

И то и другое Павел проделал с большим удовольствием. Однако оба раза Михаил не просто сразу же поднимался на ноги, а осуществлял это таким образом, чтобы не дать сопернику развить первоначальный успех и "добить" уже поверженного противника.

– Понимаешь, Андрей, умение правильно падать необходимо не только, чтобы случайно не покалечиться во время тренировок или соревнований, - пояснил Смирнов.
– Даже хорошо подготовленный боец в уличной драке может не устоять на ногах. И, значит, в любом бою для него главное - это умение продолжать схватку. Способность идти до конца. Не отступать и не признавать поражение даже в самых проигрышных ситуациях. Пока можешь - борись. Даже из положения лёжа. А чтобы иметь возможность бороться дальше, что надо делать?

– Надо иметь силы для этого и быть способным держать удар.

– Правильно, - кивнул Михаил.
– А теперь попробуй повторить всё, что я показал.

С первого раза повторить "кувырки и падения" у меня, конечно, не получилось. Тем не менее, основные движения я запомнил и уже через пару минут сумел-таки сделать, что требовалось. Причем, достаточно грамотно.

– Молодец, - одобрил мои экзерсисы Смирнов.
– Учился где?

– Ну... так... баловался когда-то, - пожал я плечами.

– Бокс? Борьба?

– Бокс.

– Бокс, говоришь?
– вмешался в разговор Павел.

– Ну да. Только немного, - развел я руками, изображая смущение.

Парни быстро переглянулись, затем Михаил кивнул Кривошапкину, и тот, ухмыльнувшись, указал рукой на имеющийся в помещении ринг:

– Пойдем, Андрюх, проверим, насколько ты баловался.

"Ну всё, сейчас меня будут бить. Хорошо хоть, что не ногами, - с этой нехитрой мыслью я сбросил самбовку и, мысленно перекрестившись, полез под канаты.
– Бог не выдаст, свинья не съест. Прорвемся как-нибудь, не впервой".

Мне повезло - сразу меня бить не стали. Сначала дали возможность как следует экипироваться. Помогли надеть и зашнуровать перчатки, сунули в рот капу и нахлобучили на голову защитный шлем. Павел, кстати, от такого же отказался. Видимо, посчитал, что со мной у него особых проблем не будет. Посчитал верно - против кандидата в мастера спорта шансов у меня и впрямь никаких. Основная задача, как я её определил для себя, состояла в том, чтобы продержаться на ногах хотя бы минуту. Или две, как получится. А вот что будет дальше, известно сейчас одному Кривошапкину. "Ишь, как лыбится-то злодей, прямо-таки предвкушает, как он меня по канатам размажет... Ну ничего, нам бы только день простоять, да ночь продержаться, а там... будет когда-нибудь и на нашей улице праздник. В бильярде сочтёмся..."

– Поехали, - прозвучал вместо гонга голос Смирнова.

"Эх! Держите меня семеро!"

Откладывать дела в долгий ящик Павел не стал. Я даже стойку правильную не успел принять, а он уже рядом со мной и его облаченный в перчатку кулак летит сопернику в голову. В мою, между прочим, голову. То ли в лоб, то ли в глаз, то ли в челюсть... Короче, фиг знает, по какому месту Кривошапкин хотел меня приложить, но сделать это, к своему огромному удивлению, так и не смог - промахнулся с ударом. То есть, на самом-то деле это не он промазал, это я оказался чересчур вёртким - успел в последний момент уклониться и отскочить в сторону. Пусть и неловко с виду, зато удачно. Плюс дистанцию разорвал, не давая противнику провести серию. Странное дело, но реакции у меня оказались на удивление быстрыми. Не думал, что такое возможно, но, видимо, приобрел я их, так же как и точность движений, во время переноса из будущего. Жаль, что раньше не замечал, мог бы немного подкорректировать свои планы. Хотя, если вспомнить, как играл в пинг-понг с Димой Петровым, то параллели с сегодняшним днем провести можно. Мысли об ускоренном реагировании тогда тоже мелькали. Впрочем, думать на эту тему сейчас не стоит. Сосредоточиться надо на главном - на том, чтобы продержаться хотя бы раунд.

Больше минуты Паша гонял меня по всему рингу. Атаковал в голову, в корпус, старался сблизиться, пробить защиту. Я же всё уворачивался и уворачивался. А один раз даже сыграл в ответку. Правда, не слишком удачно. Удар вышел нечётким и слабым. Но все-таки дошел до противника. Хук справа - так он, кажется, называется. Особого вреда этот удар сопернику не нанес, зато раззадорил. Кривошапкин тут же ввинтил темп и уже через пять секунд зажал меня в углу ринга. Вывернулся я оттуда с большим трудом. Опять ускользнул, оттолкнувшись от ограничивающих "поле боя" канатов. Однако один удар все-таки пропустил. Хороший такой крюк вдогонку по кумполу. В башке словно бомба ядрёная взорвалась. В ушах звон, в глазах звездопад. И пол, стремительно приближающийся к носу. Одна радость, что не нокаут - прийти в себя и подняться на ноги удалось достаточно быстро.

Встал, принял кое-как боксерскую стойку, типа, готов к продолжению. Павел был как будто доволен. И тем, что достал меня наконец, и тем, что я не угробился. Только сейчас до меня дошло, что бил он не в полную силу, сумел в последний момент удержаться от искушения.

"Вот ведь хитрец какой! Но ничего, сейчас ты у меня попляшешь..."

Кривошапкин снова идёт вперед, готовя очередную атаку. Я же, вместо того, чтобы опять увернуться, внезапно бросаюсь навстречу и... подныриваю сопернику в ноги.