Шрифт:
– Если её не удалить, то она будет расти и тогда: сначала инвалидность, а потом…
– Я понимаю, — в горле пересохло от безысходности.
– Ана, ты с ума сошла? Что значит свадьбы не будет?
Кивком головы показываю Майку идти за мной. Мы отходим от мамы, которая сидит в машине.
– Майк, ты понимаешь, о чем говоришь?
– А что? Ресторан оплачен, продукты куплены, гости все приехали. Марк вообще с Нью-Йорка прилетел.
– Ты предлагаешь веселиться, пока моя сестра лежит в реанимации? Я тебя правильно поняла, — спрашиваю я потрясенно. У него сердца нету?
Смотрю в его глаза и не вижу там ни капли сожаления. Я разворачиваюсь и уверенно шагаю к дверям автомобиля. Он бежит за мной, выкрикивая: «Ана, подожди, ну…»
– Мамочка, пойдем. Майку нужно ехать, а здесь не далеко.
– Маме успокоительное вколола. Еле уснула.
– Ну, это много… Может сотни тысяч.
– Долларов, я надеюсь, — если нет, то…
– Евро, конечно.
– Мне за двадцать лет, такого не заработать. Сахар?
– Да.
Кладу сахар в чашку с чаем для Кейт. От моего незатейливого дела отвлекает звонок моего телефона. Маму же разбудит! Поднимаюсь и бегу к прикроватной тумбочке в моей комнате, но которой лежит мой телефон.
– Да, Майк.
Прохожу на кухню и предупреждаю Кейт, что выйду не надолго и прошу подождать меня. Выхожу на улицу, одеваясь на ходу.
– Что ты хотел?
– Ана, я… Ты меня прости. Я погорячился. Не хочешь банкет, мы можем просто расписаться
Он снимает свою куртку и накидывает мне на плечи.
– Мы столько эту свадьбу откладывали из-за ремонта квартиры.
– Майк, а сколько стоит твоя квартира?
Он усаживает меня на лавочку и садится рядом, обнимая меня за плечи.
– Это зачем?
– Майк, сколько?
– Да нет, Ана. Я не буду её продавать. Нет-нет… Я столько собирал на неё. Пять лет копил.
Наши лбы соприкасаются и он смотрит в мои глаза, говоря: «Ана, давай думать трезво. У Аниши рак мозга. Её все равно не спасти…» — Что он такое говорит? Я не понимаю…
– О нас ты подумала?
Я разворачиваюсь и иду ко входу в дом.
– Ана! Анастейша!!!
– Ну вот такой, какой есть! — Слышу вслед.
Залетаю в свою двухкомнатную квартирку на четвертом этаже. Стараясь не шуметь иду на кухню. Из открытого окна слышно, как уезжает машина Майка. Ну и ладно…Кейт отрывает свой взгляд от чашки на меня. Я отворачиваюсь и пытаюсь успокоиться
– Что я скажу, — начинает Кейт, — ну и свинья твой Майк!
– Слышала? — Бормочу я.
– Слышала.
– Чужие люди понимают, что для Аниши каждая секунда на счету. Господи, где денег то достать? Ума не приложу.
– Слушай, подожди, я тебе самое главное не сказала. Отец говорил с Доктором Зинс из онкологии, она сказала, что такие операции возможны и в Сиэтле в институте нейрохирургии.
– Значит, как только состояние Ани стабилизируется её можно перевезти туда?
– Что ждать? Бери завтра результат обследования и дуй туда.
– Точно. Спасибо тебе большое.
Я подхожу к Кейт и обнимаю её. Слёзы опять бегут по щекам и моя подруга стирает их и успокаивает меня.
– Так… У нас большой опыт хирургического лечения подобных случаев, — я киваю и прошу продолжать, — не буду загружать вас терминологией, суть данной операции состоит в том, чтобы удалить часть головного мозга со злокачественной опухолью.
Я вздыхаю: «Экстракорпоральная резекция?»
– Вы врач?
– Немного увлекаюсь медицинской литературой.