— Вот и хорошо. Мне нужно знать, как может женщина предохранить себя от беременности?

Этот вопрос был встречен тремя раскрытыми ртами и тремя парами вытаращенных глаз. Сердце у нее упало. Вот досада1 Неужели сестры ничего не знают? Но они должны знать, ведь они замужем. Сестры переглянулись и снова устремили глаза на Самми. Она почувствовала себя так, словно ее положили под микроскоп.

Люсиль сделала большой глоток шерри.

— Ведь ты сказала, что ничего не происходит…

— Между тобой. — Эмили залпом осушила рюмку.

— И графом. — Гермиона сделала то же самое. Самми бросило в жар, даже кончики ушей зарделись.

— Между нами действительно ничего не происходит. Я же сказала, что мне нужны сведения для научного эксперимента. Вопрос деликатный, и мне некому его задать, кроме вас.

— Обсуждать подобные вещи с незамужней девушкой крайне неприлично, — нахмурившись, заявила Эмили.

— Да уж, — согласилась Гермиона. — Что же это за эксперимент, для которого понадобились такие сведения?

Тогда Самми заговорила тем монотонным голосом, который, как она знала, вызывал скуку у ее сестер:

— Я хочу провести сравнительное изучение репродуктивного цикла нескольких образчиков, среди которых имеются лягушки, змеи и мыши, все они родственны человеку. — При упоминании лягушек, змей и мышей сестры как по команде поморщились, словно проглотили лимон. А Самми как ни в чем не бывало продолжила: — Возьмем, к примеру, змею. После того, как она сбрасывает кожу…

— Это очень увлекательно, Самми, — прервала ее Эмили, — но нет необходимости вдаваться в детали. — И она подала Самми блюдо с бисквитами.

Самми взяла бисквит и постаралась заглушить в себе неловкость оттого, что так бесстыдно манипулирует сестрами.

Эмили откашлялась, а потом проговорила тихим голосом:

— Ну, раз это нужно для науки, то я слышала, что некоторые женщины потом промывают сама знаешь что уксусом.

Самми воззрилась на нее совершенно ошеломленная. Обретя дар речи, она пробормотала:

— Неужели? А… а зачем они это делают?

— Чтобы смыть сама знаешь что. — Лицо у Эмили сделалось малинового цвета, и она потянулась за очередным бисквитом.

Как зачарованная, Самми открыла рот, чтобы продолжать расспросы, но тут вмешалась Люсиль:

— Ну а я слышала… — Она замолчала, быстро оглядела комнату, словно желая убедиться, что в ней нет никого из посторонних, и наклонилась вперед. Самми, крайне заинтересованная этим, тоже подалась вперед, так что чуть было не сползла с кушетки. Люсиль продолжала, понизив голос до шепота: — Что некоторые женщины даже промывают там душем из уксуса.

Глаза у Эмили стали круглыми.

— Не может быть!

— Или из лимонного сока, — кивнув, добавила Гермиона. — Но это сложнее. — Она наполнила до краев все рюмки. — Еще я слышала, что некоторые женщины пользуются морскими губками.

— А что они с ними делают? — спросила Самми, размышляя, где можно достать морскую губку.

— Смачивают уксусом.

— Или бренди, — вставила Эмили.

— А потом помещают сама знаешь куда, — закончила Гермиона.

— И что это дает в итоге? — спросила Самми, надеясь, что поняла, о каком именно месте идет речь. Эмили снова икнула.

— Они не дают сама знаешь чему проникнуть сама знаешь куда и зачать младенца.

— А, да, это весьма обычная вещь, я знаю, — сказала Люсиль. — И еще я слышала, что есть предмет, который джентльмен может надеть сама знаешь на что, и это не даст сама знаешь чему попасть сама знаешь куда. — Она стала обмахиваться рукой и ослабила узел шейной косынки. — Господи, как здесь жарко!

— Ну а я слышала, — сказала Эмили, — что существует способ, при котором джентльмену нужно удалиться сама знаешь из чего до того, как он сама знаешь что.

Леди замерли на несколько мгновений, потом Гермиона захихикала:

— Господи, Эмили, я не уверена, что мне хотелось бы узнать об этом!

Эмили расхохоталась и прижала руки к губам. Смех ее оказался заразительным, и вскоре все четверо хохотали как безумные.

— Ну, что до меня, я не стала бы ни за что прибегать к этим способам, — сказала Люсиль, вытирая слезы подолом платья. — Мне очень хочется стать матерью.

— И мне, — сказала Гермиона. — Хотя мысль о родах меня немного пугает. Одна из нас должна обзавестись младенцем и рассказать остальным, каково это. Эмили, ты должна быть первой.