Охранники бросили вопросительный взгляд на Ло Цзи. Тот махнул рукой, и стрелка вывели.

Ло Цзи присел в постели и задумался о словах убийцы. У него было чувство, что что-то не так, но он не знал, что именно. Он встал с постели и сделал пару шагов; не чувствовалось никаких повреждений, кроме тупой боли в груди. Он подошел к двери и выглянул наружу. Охранники с автоматами, сидевшие у порога, тотчас же встали, и один из них заговорил в рацию на плече. Ло Цзи увидел ярко освещенный, чистый коридор, совершенно пустой, если не считать еще двух вооруженных охранников вдали. Он закрыл дверь, подошел к окну и отодвинул занавеску. С высоты он мог видеть множество вооруженных до зубов солдат, стоящих у дверей больницы. Два зеленых военных грузовика были припаркованы перед входом. Он не видел больше никого, за исключением медицинских работников, порой пробегавших в своих белых халатах. Присмотревшись внимательнее, он заметил двоих людей на крыше здания напротив; они рассматривали окрестности в бинокли, а рядом лежала снайперская винтовка. Он был уверен, что подобные снайперские пары были и на крыше его собственного здания.

Охранники не были полицейскими. Здесь явно задействована армия.

Он позвал Ши Цяна.

– Больница находится под усиленной охраной? – спросил он.

– Да.

– Что произойдет, если я попрошу убрать охрану?

– Мы выполним твою просьбу. Но я советую так не делать. Сейчас это опасно.

– На кого вы работаете? За что вы отвечаете?

– Я работаю на Совет обороны планеты, в отделе безопасности, и отвечаю за твою жизнь.

– Но я больше не Отвернувшийся. Я лишь обычный человек; даже если моя жизнь в опасности, то это дело для обычной полиции. Почему же моей охраной по-прежнему занимается отдел безопасности Совета обороны планеты? И насчет отзыва или, наоборот, вызова охраны… кто дал мне такие полномочия?

Лицо Ши Цяна оставалось невыразительным, как резиновая маска.

– Нам дали такой приказ.

– Тогда… где Кент?

– За дверью.

– Пригласите его!

Ши Цян вышел, и вскоре появился Кент. К нему вернулись его изысканные манеры дипломата ООН.

– Доктор Ло, я не хотел вас беспокоить, пока вы не выздоровеете.

– Чем вы сейчас занимаетесь?

– Я отвечаю за вашу повседневную связь с Советом обороны планеты.

– Но я же больше не Отвернувшийся! – вскричал Ло Цзи. Потом, помолчав, спросил: – В новостях сообщили о проекте «Отвернувшиеся»?

– Сообщили на весь мир.

– А о моем отказе стать Отвернувшимся?

– И об этом тоже, конечно.

– Что именно сказали в новостях?

– Всего лишь следующее: «После окончания специальной сессии ООН Ло Цзи заявил о своем отказе от должности и обязанностей Отвернувшегося».

– Тогда что же вы тут делаете?

– Я отвечаю за вашу связь с СОП.

Ло Цзи в непонимании глядел на него. Кент, похоже, носил такую же резиновую маску, как и Ши. Он был нечитаем.

– Если у вас для меня больше ничего нет, то я пойду. Отдыхайте. Вызывайте меня в любое время, – сказал Кент и повернулся к выходу. Когда он уже переступал через порог, Ло Цзи остановил его.

– Я хочу встретиться с Генеральным секретарем.

– Организация и осуществление проекта «Отвернувшиеся» возложены на Совет обороны планеты. Верховным руководителем проекта является сменный председатель СОП. Генеральный секретарь ООН не руководит СОП напрямую.

Ло Цзи поразмыслил над этим.

– Тем не менее я хотел бы встретиться с Генеральным секретарем. У меня должны быть на то полномочия.

– Хорошо. Подождите минутку. – Кент вышел из палаты, но скоро вернулся и доложил: – Генеральный секретарь ждет вас в своем кабинете. В таком случае мы отбываем?

На протяжении всего пути к зданию Секретариата, где на 34-м этаже располагался кабинет Генерального секретаря, Ло Цзи находился под такой плотной охраной, как если бы его везли в передвижном сейфе. Кабинет был меньше, чем он представлял себе, и обставлен весьма незатейливо; большую часть пространства занимал флаг ООН, стоявший позади рабочего стола. Сэй поднялась и обошла стол, чтобы поприветствовать Ло Цзи.

– Доктор Ло, мне хотелось посетить вас вчера в больнице, но вы видите… – Она показала на гору бумаг на столе. Единственной личной вещью там был искусно сделанный бамбуковый стаканчик для карандашей.

– Госпожа Сэй, я пришел, чтобы повторить заявление, которое сделал вам по завершении собрания, – начал Ло Цзи.

Она кивнула, но не ответила.

– Я хочу отправиться домой. Если мне угрожает опасность, пожалуйста, сообщите об этом в полицию Нью-Йорка и возложите на них ответственность за мою безопасность. Я всего лишь обычный человек. Мне не нужна охрана от СОП.

Сэй снова кивнула.

– Это определенно выполнимо, но я советую вам продолжать пользоваться услугами уже предоставленной вам охраны, поскольку она лучше обучена и более надежна, чем полиция Нью-Йорка.

– Пожалуйста, ответьте мне честно. Я по-прежнему остаюсь Отвернувшимся?

Сэй вернулась к своему столу. Стоя возле флага ООН, она слегка улыбнулась Ло Цзи.

– А вы как полагаете?

Затем она предложила ему сесть на диван.

Он узнал эту легкую улыбку на лице Сэй. Точно такую же он видел на лице молодого убийцы; впоследствии он увидит ее в глазах и на лицах всех, с кем бы ни встретился. Эта улыбка получит название «улыбки Отвернувшегося» и станет столь же известной, как улыбка Моны Лизы или ухмылка Чеширского кота. Улыбка Сэй его наконец успокоила; он стал спокоен впервые с того момента, когда она с трибуны ООН объявила всему миру, что он Отвернувшийся. Ло Цзи медленно шагнул к дивану, и не успел он опуститься на него, как ему все стало ясно.