– Умник!
– с непонятным выражением сказал Иван.
– Тебя для этого сюда подсадили?

– Поселили, - поправил Олег.
– Спрашивай у Рогова, я знаю не больше тебя. Он только сказал, что тебе несколько раз меняли комнату. Я с огромным удовольствием жил бы с сестрой в нашей квартире, а не здесь!

– Почему с сестрой?
– не понял Зверев.

– Наверное, школьный психолог соврала и твой IQ на полсотни ниже, - ехидно ответил он.
– Или ты из-за своего горя разучился соображать? Это детский дом для тех, кто в результате войны потерял родителей! У меня их так же нет, как и у тебя! Правда, мне повезло больше: уцелели сестра и моя девушка.

– Стирай все, что у тебя есть обо мне!
– потребовал Иван.
– И советую, пока не поздно, поменять комнату!

– Уже стер, - отозвался Олег.
– Может, теперь ответишь на вопрос? Понимаешь, я уже окончил девять классов, но пока так и не определился с выбором профессии. Вот и думаю, может, и мне пойти в военное училище? Отец занимался бизнесом и оставил свое дело, но меня не тянет им заниматься. Твой пример...

– Хочешь в ухо?
– спросил нависший над ним Зверев и тут же полетел на пол, сбитый подсечкой.

– Этот прием трудно проводить из лежачего положения, - не вставая, объяснил Олег ошарашенному юноше.
– Быстрее ложись на кровать, а то сейчас на шум примчится Рогов, и тебе придется в четвертый раз менять комнату. А ведь мы уже почти подружились!

– Ну ты и наглец!
– не с возмущением, а, скорее, удивленно сказал поднявшийся Иван.
– В гробу я видел таких друзей!

– Вот, кстати, - оживился Олег.
– С твоими близкими произошло несчастье, а друзья? Неужели у тебя их не было?

– Отстань!
– Зверев лег на кровать и отвернулся к стене.
– Придурок!

"Для первого раза достаточно, - подумал Олег.
– Через полчаса будет ужин, а после него погуляю по территории. А Иван пусть побудет один, иначе точно подеремся".

Все спасшиеся солдаты укрылись в небольшом сквере. Бенсон несколько раз ходил в мэрию и выклянчил рулон полиэтиленовой пленки. Кроме того, их всех переписали и начали снабжать едой. Ее давали немного, но достаточно, чтобы не протянуть ноги, если при этом не вкалывать. Пленку натянули между деревьями и обкопали свою площадку канавой, чтобы на нее не текла дождевая вода. Дожди шли редко, было еще достаточно тепло, и они ночью не мерзли, но теплое время шло к концу, и Дэвид со страхом думал о том, что будет дальше.

– Лейтенант, к вам пришли!
– крикнул кто-то из рядовых.
– Посыльный из мэрии.

Бенсон поправил замызганный мундир и пошел в ту сторону, откуда кричали. Возле канавы топтался неряшливо одетый француз.

– Я лейтенант, - сказал он посыльному.
– Что велели передать?

– Вам всем нужно срочно идти в Нанси!
– ответил тот.
– Туда прилетел транспортный самолет из Штатов. Это всего полсотни километров от нас, так что к вечеру должны дойти. Сказали, что самолет задержится до утра. Но даже если улетит этот, обещали, что будут еще несколько. Если вы сможете улететь домой, то только оттуда!

– Деррик!
– заорал Дэвид, заставив дремавшего под одним из деревьев сержанта испуганно вскочить на ноги.
– Немедленно организуйте уборку пленки! Все смотайте в рулон, возьмем с собой. За нами прилетел самолет, но можем не успеть, и придется ждать следующего. Лучше это делать под пленкой. А я возьму троих и схожу в жандармерию за нашим оружием!

– Едем уже три часа, - сказал Люк сидевшим в темном фургоне товарищам.
– Где мы сейчас, командир?

– Если не съехали с семьдесят пятого шоссе, то должны быть где-то в районе Каира, - посмотрев на экран комма, ответил Жиль.
– Арлет гонит под сто пятьдесят. Может, передать, чтобы сбавила скорость?

– Не стоит лишний раз болтать по комму, - отозвался Калхоун.
– Она сама уменьшит скорость, когда будет объезжать столицу. Если ничего не случится, скоро будем в Порт-Саиде. Непонятно воюют египтяне. Проехали через половину страны, а нас так и не остановили для проверки.

Грузовик резко сбавил скорость и остановился. Послышался приближающийся гул турбин, и рядом с ними села машина. С минуту было тихо, а потом услышали разговор на арабском. Что-то требовательно говорили двое мужчин, а Арлет отвечала таким тоном, что, казалось, она сейчас заплачет. Раздалось несколько выстрелов, опять заработал двигатель грузовика, и он быстро набрал еще большую скорость, чем ехали раньше.

– Жиль, ко мне прицепились копы!
– связалась с ними Нина.
– Здесь запрещена езда без коммов, а все мои оправдания были им до... В общем, они хотели, чтобы я вышла из машины. Пришлось стрелять. Оба мертвы, и их коммы наверняка уже сообщили об этом в участок. Теперь наше спасение в скорости! Если успеют отреагировать и перекроют дороги, я застрелюсь! Сейчас выключу комм, и вы сделайте то же самое со своими!

Жиль выругался и выключил коммуникатор.

– Все слышали?
– спросил он остальных.
– Выключайте, может, нас не засекут. Как она гонит! Сумасшедшая баба!