— Моя дочь! Мне наперекор! — восклицал Павел Андреевич, вздевая руки к потолку.

Видимо, это было все, что он услышал и уловил из Ларисиных слов. Та вздохнула, но все же сделала еще одну попытку прояснить ситуацию зациклившемуся на своем полковнику.

— Поймите, Ариф для нее просто способ убежать от вас. Она почувствовала в нем силу, которую можно противопоставить вам. Другое дело, что она ошиблась в выборе. И, поступив так, попала, что называется, из огня да в полымя.

— То есть вы хотите сказать, что во всем виноват я, — с твердолобым упрямством повторил Бураков.

— Прежде всего я хочу до конца все прояснить и вернуть вашу дочь, — поняв бесполезность спора на тему о воспитании, оборвала его Лариса. — Кстати, вам известно, что ваш партнер по бизнесу, Рауф Амирбеков, убит?

— Когда? — ахнул Бураков, во все глаза глядя на Ларису.

— Около двух месяцев назад. Его закололи кинжалом. Кстати, так же, как и жену Арифа Дашу. Вы что-нибудь можете сказать по этому поводу?

Бураков ошарашенно смотрел на Ларису, ничего не отвечая. Видимо, переваривал неожиданную информацию. Наконец он произнес:

— С ума можно сойти…

— Действительно, — согласилась Лариса. — Но сейчас нужно не сходить с ума, а, наоборот, напрягать все его извилины. Я вам сообщаю, что есть предположение, будто Даша была любовницей Рауфа и даже родила от него ребенка. А Ариф женился на ней лишь формально, только ради печати в паспорте. Видимо, это было сделано по той причине, что Рауф несвободный человек. Вам что-то известно об этой истории?

— Нет, — покачал головой Бураков. — Абсолютно ничего. Да и с какой стати я должен об этом знать? Мы были просто партнеры, Рауф поставлял мне мясо. А когда он уезжал по своим делам, мясо привозил брат его жены Назы. Так, кстати, было и последние месяцы. Я думал, что Рауф просто поехал в Баку. Он часто туда мотался, у него там родственники.

— А что вы можете сказать о нем как о человеке?

— Насколько я успел его узнать, он был честным, добрым, нежадным. Бесхитростным в отличие от многих своих земляков. Работяга настоящий. Нет, мнение у меня о нем самое положительное, — подчеркнуто уважительно ответил Павел Андреевич.

— А какие отношения были между Арифом и Рауфом?

— Как между хозяином и приживалом, — презрительно отчеканил полковник. — Я же говорил, что этот тунеядец толком не работал никогда. Правда, Рауф заставлял его иногда, чуть ли не пинками под зад, потрудиться грузчиком-экспедитором. Ну не все ж родственничку на халяву жрать!

— А Дашу, первую жену Арифа, вы знали?

— Можно сказать, что нет. Так, видел несколько раз, и все.

— Как вы сами думаете, могла она быть любовницей Рауфа?

— Да мы ведь не были друзьями, чтобы он посвящал меня в подобного рода дела! И никто другой мне тоже об этом не говорил. Так что знать о подобных вещах я просто не могу.

Павел Андреевич покраснел и стыдливо отвернулся. Видимо, он не выносил даже разговоров об амурных делах. Но через минуту он круто повернулся к Ларисе и с жаром продолжил:

— А вот в том, что этот хмырь женился на девушке, чтобы, как говорится, покрыть ее грех, за деньги, я не сомневаюсь. Может, и в самом деле Рауф с ней согрешил. А потом нужно было как-то выкручиваться, вот он и нашел Арифа. Такого козла девчонке подсунул, а! Но чужая семья — темный лес, — перефразировал полковник пословицу и вздохнул. — Теперь уж никто всей подоплеки не узнает, оба они в могиле…

— Еще я выяснила, что ваша нынешняя супруга долгое время жила в Потакове и была очень хорошо знакома с Дашей. Даже занималась ее воспитанием. Вы знали об этом?

— Конечно, знал, — недоуменно пожал плечами Бураков. — Чего ж тут скрывать-то? Только они ведь очень редко виделись в последнее время, Ирина не ездит в Потаково…

— А она не знает, была ли Даша любовницей Рауфа? Могла Даша с ней таким поделиться?

— Шут вас, баб, разберет! — ворчливо ответил бравый полковник. — Вы же вообще языками-то молоть любите. Может, и рассказывала.

— Конечно, мне лучше было бы поговорить на эту тему лично с ней, но, так как Ирина Владимировна ушла спать, я и обращаюсь к вам. Я обязательно поговорю с ней потом, — обращаясь как бы к самой себе, произнесла Лариса.

— Да на что вам это надо-то? — не выдержал Бураков. — Я же просил вас искать мою дочь! Я и сейчас прошу — найдите ее. Ведь от нее нет никаких вестей, я просто места себе не нахожу. Вы понимаете мое состояние? Я боюсь, как бы с ней чего не стряслось, ведь от этого уголовника можно ждать чего угодно. Я же потом не прощу себе до конца дней, если что случится, не дай бог.

— Я вас вполне понимаю, у меня самой есть дочь, — мягко кивнула Лариса. Павел Андреевич продолжал свое:

— Я оплачу вам все расходы и дам сумму, которую вы назовете. Плевать мне на этого Арифа! Лишь бы найти Веронику, пока она еще чего-нибудь не напортачила…