У Кэтрин округлились глаза.

– И что ты сделал?

– Я позволил ей поверить, что она контролирует ситуацию. Я отправился туда, куда она сказала.

– Видишь, Антон, она намного сильнее, чем ты считал.

Обычно он не задумывался о том, как к нему обращалась Кэтрин. Она называла его Антоном ещё с тех пор, когда оба они были очень молоды. Это должно измениться. Согласно кивнув, Тони наклонился к ней и заглянул в глаза.

Она отпрянула, что было на неё не похоже.

– Что?

– Меня зовут Энтони, или, даже лучше, мистер Роулингс. А не Антон, и уже давно.

– Что? Конечно, Антон. Ты всегда был для меня Антоном.
– Когда он не ответил, она добавила, - Именно так тебя мне представили, и именно так Натаниэль…

– Не начинай.

Он резко встал и зашагал к высокому комоду.

Кэтрин заговорила более мягким голосом.

– Что-то случилось… с ней? Поэтому ты так себя ведёшь?

– Думаю, пришло время двигаться дальше. Антона Роулза больше нет, - он поднял бровь.
– Как и Мари Роулз.

Она тряхнула головой.

– Хватит. Почему ты так говоришь?

– Благодаря тебе.

– Мне?
– ошеломлённо спросила Кэтрин.

– Ты сказала, что Клэр два года жила в этом доме и никогда не знала его секретов. Думаю, самое время отправить эти секреты на покой. Мы выполнили пункты нашего списка - покончили с прошлым. В конце концов, никто не знает об этом, кроме нас, - он наблюдал, как она смахнула с юбки несуществующую пылинку. Когда Кэтрин не ответила, Тони спросил, - Верно? Ведь никто, кроме нас?

Подняв подбородок, она сглотнула и ответила: - Думаю, я могу… я могу знать…

– Что, Кэтрин? Что ты знаешь?

Распрямив плечи, она встала.

– «Мистер Роулингс »? В самом деле? После всего, через что мы прошли, ты вдруг хочешь, чтобы я обращалась к тебе “мистер Роулингс ” наедине? Вот такое уважение я получила? В конце концов, я была женой Натаниэля.

– Была, - согласился Тони.
– Но с тех пор, как у тебя забрали фамилию Роулз , ты её сменила на Лондон?

Её глаза кричали резкий ответ, но губы оставались сжатыми в тонкую линию. Наконец, она кивнула: - Прекрасно, мистер Роулингс , надеюсь, утром вы почувствуете себя лучше. Думаю, этот разговор затух быстрее, чем любой из нас хотел допустить.

Тони усмехнулся и вытащил фотографию из кармана. Положив её перед Кэтрин, он спросил: - Что ты можешь сказать об этом?

Медленно она взяла карточку и развернула.

– Это снимок Клэр с Эмили на выпускном Клэр, - встретившись с ним взглядом, она спросила: - И что?

– А то, что это, вероятно, было только частью посылки, которую получила Клэр в тюрьме.

Кэтрин шагнула назад.

– Я не клала… я не знаю… она рассказала тебе?

– Она ошарашила меня. Не думаешь, что полезно было бы дать мне знать о твоей маленькой передачке до того, как я отправился с ней на встречу?

Кэтрин села на самый край стула и пригладила юбку руками.

– Ан-Энтони , мне так и стоило поступить, - она кивнула.
– Стоило рассказать тебе, когда я только сделала это. Просто ты… ладно, я видела, как сильно ты страдаешь.

– И рассказать Клэр данное мне при рождении имя должно было помочь - как?
– баритон Тони эхом отдавался от стен его по-королевски обставленного кабинета.

– Это должно было помочь ей понять, почему ты сделал то, что сделал.

– Что насчёт тебя? Ты также добавила и свою биографию в ту посылку?

– Она не поделилась с тобой всем содержимым?

– Если ты спрашиваешь, не пригласила ли она меня в свою квартиру, чтобы всё показать, то нет.
– Когда Кэтрин не ответила, Тони продолжил, - Ей известно имя Антон Роулз и то, что мои родители и дед мертвы.

– Антон, постарайся понять.

Тони поднял бровь.

– Энтони, - исправилась она.
– Предполагалось, что она ещё очень нескоро окажется на свободе. Я думала, возможно, если она узнает кое-что из твоей подноготной, и у неё будет время обдумать это, она лучше поймёт тебя. Она захочет лучше понять тебя.

Он шагнул ближе к Кэтрин и медленно проговорил: - Я не хочу, чтобы ты или кто-то ещё рылся в моих личных вещах.

– Э-это фото, я не отправляла его.

– Но ты отправила другие, и ты взяла их у меня.

– Ты прав. Мне очень жаль.
– Кэтрин вернулась к разговору о статьях, которые она включила. Они были отобраны для создания точной хроники, призванной привести Клэр к правильному выводу.

– И к каким именно выводам ты хотела, чтобы она пришла?

– Я хотела, чтобы она знала, что ты был одержим ею гораздо больше, чем она могла представить. Я надеялась, что покажу ей, что ты любил ее задолго до этого. Я хотела дать ей понять, что ты являешься человеком своего слова, и всегда исполняешь обещания, которые дал. Я надеялась, что если она поймет все это, она сможет простить тебя и… Я не знаю… помочь тебе.